Неточные совпадения
В вагоне подземной дороги я несся туда, где на стапеле сверкало под солнцем еще недвижное, еще не одухотворенное огнем, изящное
тело «Интеграла».
Закрывши глаза, я мечтал формулами: я еще раз мысленно высчитывал, какая нужна начальная скорость, чтобы оторвать «Интеграл» от земли. Каждый атом секунды — масса «Интеграла» меняется (расходуется взрывное топливо). Уравнение получалось очень сложное, с трансцендентными величинами.
И вот я — с измятым, счастливым, скомканным, как после любовных объятий,
телом — внизу, около самого камня. Солнце, голоса сверху — улыбка I. Какая-то золотоволосая и вся атласно-золотая, пахнущая травами женщина. В руках у ней чаша, по-видимому, из дерева. Она отпивает красными губами и подает мне, и я жадно,
закрывши глаза, пью, чтоб залить огонь, — пью сладкие, колючие, холодные искры.
Никифорыч, расстегнув мундир, сидит на скамье,
закрывая телом своим единственное маленькое окно, рядом со мною — его жена, пышногрудая бабенка лет двадцати, румяноликая, с лукавыми и злыми глазами странного, сизого цвета; ярко-красные губы ее капризно надуты, голосок сердито суховат!
Неточные совпадения
Он сидел на диване, свесив вниз голову, облокотясь на колени и
закрыв руками лицо. Нервная дрожь продолжалась еще во всем его
теле. Наконец он встал, взял фуражку, подумал и направился к дверям.
В кабинете он зажег лампу, надел туфли и сел к столу, намереваясь работать, но, взглянув на синюю обложку толстого «Дела М. П. Зотовой с крестьянами села Пожога»,
закрыл глаза и долго сидел, точно погружаясь во тьму, видя в ней жирное
тело с растрепанной серой головой с фарфоровыми глазами, слыша сиплый, кипящий смех.
Закрыл глаза, и во тьме явилось стройное, нагое, розоватое
тело женщины.
Тогда Самгин, пятясь, не сводя глаз с нее, с ее топающих ног, вышел за дверь, притворил ее, прижался к ней спиною и долго стоял в темноте,
закрыв глаза, но четко и ярко видя мощное
тело женщины, напряженные, точно раненые, груди, широкие, розоватые бедра, а рядом с нею — себя с растрепанной прической, с открытым ртом на сером потном лице.
Подойдя вплоть, отец Паисий увидел, что он,
закрыв обеими ладонями лицо, хотя и безгласно, но горько плачет, сотрясаясь всем
телом своим от рыданий.