Неточные совпадения
И только одни глаза, черные, всасывающие, глотающие дыры и
тот жуткий мир, от которого он был всего в нескольких минутах.
Это были такие же неведомые и
жуткие дебри, как
те — за Зеленой Стеной, — и они так же были необычайными, непонятными, без слов говорящими существами.
Спуск в подземку — и под ногами, на непорочном стекле ступеней — опять белый листок: «Мефи». И на стене внизу, на скамейке, на зеркале в вагоне (видимо, наклеено наспех — небрежно, криво) — везде
та же самая белая,
жуткая сыпь.
Живёт в небесах запада чудесная огненная сказка о борьбе и победе, горит ярый бой света и тьмы, а на востоке, за Окуровом, холмы, окованные чёрною цепью леса, холодны и темны, изрезали их стальные изгибы и петли реки Путаницы, курится над нею лиловый туман осени, на город идут серые тени, он сжимается в их тесном кольце, становясь как будто всё меньше, испуганно молчит, затаив дыхание, и — вот он словно стёрт с земли, сброшен в омут холодной
жуткой тьмы.
Жуткая тьма ночи, дикая музыка, бешеная пляска и кружение, — может быть, еще вино и гашиш, — зажигали душу пьяным безумием.
Неточные совпадения
Но, не слушая или не слыша возражений, толстовец искусно — как находил Клим — изображал
жуткую картину: безграничная, безмолвная
тьма, в ней, золотыми червячками, дрожат, извиваются Млечные Пути, возникают и исчезают миры.
Чтоб легче было любить мужика, его вообразили существом исключительной духовной красоты, украсили венцом невинного страдальца, нимбом святого и оценили его физические муки выше
тех моральных мук, которыми
жуткая русская действительность щедро награждала лучших людей страны.
Флаг исчез, его взял и сунул за пазуху синеватого пальто человек, похожий на солдата. Исчез в толпе и
тот, кто поднял флаг, а из-за спины Самгина, сильно толкнув его, вывернулся
жуткий кочегар Илья и затрубил, разламывая толпу, пробиваясь вперед:
Русская народная жизнь с ее мистическими сектами, и русская литература, и русская мысль, и
жуткая судьба русских писателей, и судьба русской интеллигенции, оторвавшейся от почвы и в
то же время столь характерно национальной, все, все дает нам право утверждать
тот тезис, что Россия — страна бесконечной свободы и духовных далей, страна странников, скитальцев и искателей, страна мятежная и
жуткая в своей стихийности, в своем народном дионисизме, не желающем знать формы.
То же
жуткое беспокойство было бы пережито, если бы опасность грозила Риму.