Царь и говорит: «Хорошо, возьми нож и вырежь из купца
фунт мяса; только смотри, чтобы у тебя вес был бы верен, а если вырежешь больше или меньше фунта, ты виноват останешься».
— Ну, рассказывайте, хорошо. Знаем мы это хорошо! На десять штук
фунт мяса сварят, а то все кааартоооффеллю.
Ему хотелось, чтоб люди жили в великолепных алюминиевых фаланстерах, пред которыми казались бы жалки и ничтожны дворцы сильных мира сего, чтобы всякий труд исполнялся не иначе, как с веселой песней и пляской, чтобы каждый человек имел в день три
фунта мяса к обеду, а между тем сам Лука зачастую не имел куда голову приклонить, спал на бульваре, ходил работать на биржу, когда не было в виду ничего лучшего, и иногда сидел без обеда.
— Понаделали денег неведомо сколь, и стали оттого деньги дёшевы! Бывало-то,
фунт мяса — полушка шёл, а теперь, на-ко, выложи алтын серебра!
Неточные совпадения
Если в саксонских и прусских тюрьмах заключенные получают
мясо только три раза в неделю, каждый раз в количестве, не достигающем и 1/5
фунта, и если тамбовский крестьянин съедает 4 ф. хлеба в день, то это не значит, что сахалинский ссыльный получает много
мяса и мало хлеба, а значит только, что германские тюрьмоведы боятся быть заподозренными в ложной филантропии и что пища тамбовского мужика отличается большим содержанием хлеба.
Сахалинский ссыльный, пока состоит на казенном довольствии, получает ежедневно: 3 ф. печеного хлеба, 40 зол.
мяса, около 15 зол. крупы и разных приварочных продуктов на 1 копейку; в постный же день
мясо заменяется 1
фунтом рыбы.
— Да вы знаете ли, что, по милости вашей, у нас на базаре ни куска
мяса, ни
фунта хлеба купить нельзя? знаете ли вы, чем это пахнет?
Задумался на этот раз помещик не на шутку. Вот уж третий человек его дураком чествует, третий человек посмотрит-посмотрит на него, плюнет и отойдет. Неужто он в самом деле дурак? неужто та непреклонность, которую он так лелеял в душе своей, в переводе на обыкновенный язык означает только глупость и безумие? и неужто, вследствие одной его непреклонности, остановились и подати, и регалии и не стало возможности достать на базаре ни
фунта муки, ни куска
мяса?
А вот с арифметикой и вообще с математикой было очень скверно. Фантазии там приложить было не к чему, и ужасно было трудно разобраться в разных торговых операциях с пудами хлеба,
фунтами селедок и золотниками соли, особенно, когда сюда еще подбавляли несколько килограммов
мяса: Иногда сидел до поздней ночи, опять и опять приходил к папе с неправильными решениями и уходил от него, размазывая по щекам слезы и лиловые чернила.