Неточные совпадения
Чрез полминуты кавалерист в драгунской каске, заслонив собою огонь ближайшего неприятельского бивака, остановился позади французской
цепи, и всадник вместе с лошадью явственно отпечатались
на огненном поле пылающего костра.
Через несколько минут приказали снимать потихоньку передовую
цепь; огни были оставлены
на своих местах, и весь арьергард, наблюдая глубокую тишину, выступил в поход по большой Московской дороге.
— Слава богу! насилу-то и мы будем атаковать. А то, поверишь ли, как надоело! Toujours sur la défensive [Всегда в обороне (франц.)] — тоска, да и только. Ого!.. кажется, приказание уж исполняется?.. Видишь, как подбавляют у нас стрелков?.. Черт возьми! да это батальный огонь, а не перестрелка. Что ж это французы не усиливают своей
цепи?.. Смотри, смотри!.. их сбили… они бегут… вон уж наши
на той стороне… Ай да молодцы!
— Хорошо, ступайте с первой ротою, — сказал полковник, взглянув с приметным состраданием
на молодого офицера. — Вторая и первая рота — в стрелки! Зарядьев! вы примите команду над всей нашей
цепью… Барабанщик — поход!
Уже более пяти часов продолжалось сражение; несколько раз стрелки наши то сбивали неприятельскую
цепь и дрались
на противуположном берегу речки; то, прогоняемые
на нашу сторону, продолжали перестрелку в нескольких шагах от колонн своих.
— Да покамест ничего! — отвечал один из них, закручивая свои густые с проседью усы. — Мы стоим друг против друга,
на передовых
цепях от скуки перестреливаются; иногда наши казаки выезжают погарцевать в чистом поле, рисуются, тратят даром заряды, поддразнивают французов: вот и все тут.
На ту пору граф выехал также за нашу
цепь; пули посыпались
на него со всех сторон, но не помешали ему заметить удальство неаполитанского короля.
— А я и люблю, да не могу: тотчас голова закружится. Я вышел немного проветриться. Да, кстати! Граф сейчас поехал
на передовую
цепь; пойдем и мы туда.
Миновав биваки передовой линии, они подошли к нашей
цепи. Впереди ее,
на одном открытом и несколько возвышенном месте, стоял окруженный офицерами русской генерал небольшого роста, в звездах и в треугольной шляпе с высоким султаном. Казалось, он смотрел с большим вниманием
на одного молодцеватого французского кавалериста, который, отделись от неприятельской
цепи, ехал прямо
на нашу сторону впереди нескольких всадников, составляющих, по-видимому, его свиту.
— Честь имею донести, — сказал Двинской, опустя руки по швам, — что я, обходя
цепь, протянутую по морскому берегу, заметил шагах в пятидесяти от него лодку, которая плыла в Данциг; и когда гребцы, несмотря
на оклик часовых, не отвечали и не останавливались, то я велел закричать лодке причаливать к берегу, а чтоб приказание было скорее исполнено, скомандовал моему рунду приложиться.
Дабы предупредить эти эмиграции, которые, уменьшая число жителей крепости, способствовали гарнизону долее в ней держаться, отдан был строгой приказ не пропускать их сквозь нашу передовую
цепь: и эти несчастные должны были оставаться
на нейтральной земле, среди наших и неприятельских аванпостов, под открытым небом, без куска хлеба и, при первом аванпостном деле, между двух перекрестных огней.
Две лампы освещали комнату; одна стояла на подзеркальнике, в простенке между запотевших серым потом окон, другая спускалась
на цепи с потолка, под нею, в позе удавленника, стоял Диомидов, опустив руки вдоль тела, склонив голову к плечу; стоял и пристально, смущающим взглядом смотрел на Клима, оглушаемого поющей, восторженной речью дяди Хрисанфа:
Из этого видно, что у всех, кто не бывал на море, были еще в памяти старые романы Купера или рассказы Мариета о море и моряках, о капитанах, которые чуть не сажали
на цепь пассажиров, могли жечь и вешать подчиненных, о кораблекрушениях, землетрясениях.
Началось с того, что Волгу толокном замесили, потом теленка на баню тащили, потом в кошеле кашу варили, потом козла в соложеном тесте [Соложёное тесто — сладковатое тесто из солода (солод — слад), то есть из проросшей ржи (употребляется в пивоварении).] утопили, потом свинью за бобра купили да собаку за волка убили, потом лапти растеряли да по дворам искали: было лаптей шесть, а сыскали семь; потом рака с колокольным звоном встречали, потом щуку с яиц согнали, потом комара за восемь верст ловить ходили, а комар у пошехонца на носу сидел, потом батьку на кобеля променяли, потом блинами острог конопатили, потом блоху
на цепь приковали, потом беса в солдаты отдавали, потом небо кольями подпирали, наконец утомились и стали ждать, что из этого выйдет.
Неточные совпадения
Вместо вопросов: «Почем, батюшка, продали меру овса? как воспользовались вчерашней порошей?» — говорили: «А что пишут в газетах, не выпустили ли опять Наполеона из острова?» Купцы этого сильно опасались, ибо совершенно верили предсказанию одного пророка, уже три года сидевшего в остроге; пророк пришел неизвестно откуда в лаптях и нагольном тулупе, страшно отзывавшемся тухлой рыбой, и возвестил, что Наполеон есть антихрист и держится
на каменной
цепи, за шестью стенами и семью морями, но после разорвет
цепь и овладеет всем миром.
На всех их были золотые прорезные кресты, золотыми прорезными
цепями прикрепленные к куполам, так что издали сверкало, как бы
на воздухе, ни к чему не прикрепленное, висевшее золото.
— Семерка дана! — закричал он, увидав его наконец в
цепи застрельщиков, которые начинали вытеснять из лесу неприятеля, и, подойдя ближе, он вынул свой кошелек и бумажник и отдал их счастливцу, несмотря
на возражения о неуместности платежа. Исполнив этот неприятный долг, он бросился вперед, увлек за собою солдат и до самого конца дела прехладнокровно перестреливался с чеченцами.
Подложили
цепи под колеса вместо тормозов, чтоб они не раскатывались, взяли лошадей под уздцы и начали спускаться; направо был утес, налево пропасть такая, что целая деревушка осетин, живущих
на дне ее, казалась гнездом ласточки; я содрогнулся, подумав, что часто здесь, в глухую ночь, по этой дороге, где две повозки не могут разъехаться, какой-нибудь курьер раз десять в год проезжает, не вылезая из своего тряского экипажа.
(Прим. М. Ю. Лермонтова.)] оканчивалась лесом, который тянулся до самого хребта гор; кое-где
на ней дымились аулы, ходили табуны; с другой — бежала мелкая речка, и к ней примыкал частый кустарник, покрывавший кремнистые возвышенности, которые соединялись с главной
цепью Кавказа.