по произведению «Униженные и оскорблённые» (Достоевский Ф. М., 1861) искать по всей классике
Область поиска
«Униженные и оскорблённые» (Достоевский Ф. М., 1861) по всей классике
— Ровнешенько двести. Ну-с, она и воротилась в Краков. Отец-то не принял, проклял, она умерла, а князь перекрестился от радости. Я там был, мед пил, по усам текло, а в рот не попало, дали мне шлык, а я в подворотню шмыг… выпьем, брат Ваня!
Староста наш в канаву залез; старостиха в подворотне застряла, благим матом кричит, свою же дворную собаку так запужала, что та с цепи долой, да через плетень, да в лес; а Кузькин отец, Дорофеич, вскочил в овес, присел, да и давай кричать перепелом: «Авось, мол, хоть птицу-то враг, душегубец, пожалеет».
Во стене ворота крепкие, По булату золоченые, А засовы — крюки медные, Подворотня — дорог рыбий зуб, Мелким вырезом вырезана, По мудреным мелким вырезам В пору ли пролезть мурашику.
Она запахнула около груди шубейку, тихо выползла в подворотню на огород, с огорода перебралась, через тын, за город и, ударившись бежать задами, пропала в темноте ночи.
Мирович. А, да, вот что-с! Вы на закон думаете опираться? В таком случае убирайтесь, откуда пришли, и приходите сюда с полицией, а иначе я вас в подворотню мою заглянуть не пущу.
Вот только на меня нападает в тёмной подворотне грязный мужлан с ножом и в следующий миг очнулась на руках у князя, избитая, с переломанными конечностями, глаза не открывались из-за кровоподтёков.
Отсидевшись до темноты в какой-то подворотне, поздним вечером добрался наконец до своей квартиры и открыл её запасным ключом, который прятал под резиновым ковриком у двери.
Кто смеет хулить жизнь? Кто осмелится объявить, что мир неинтересен? Да, если человек заблудился в подворотне своего дома, своего жалкого я — пусть склонится над булыжником и задумается над тем, что этот камень видел за сотни лет своего существования. У жизни есть лишь один недостаток — она коротка.
Вот только на меня нападает в тёмной подворотне грязный мужлан с ножом и в следующий миг очнулась на руках у князя, избитая, с переломанными конечностями, глаза не открывались из-за кровоподтёков.
И он умер в грязной подворотне, куда его оттащили преступники, от потери крови.
Отсидевшись до темноты в какой-то подворотне, поздним вечером добрался наконец до своей квартиры и открыл её запасным ключом, который прятал под резиновым ковриком у двери.