Неточные совпадения
«Действительно,
я у Разумихина недавно еще хотел было работы просить, чтоб он
мне или уроки достал, или что-нибудь… — додумывался Раскольников, — но чем теперь-то он
мне может помочь?
Положим, уроки достанет,
положим, даже последнею копейкой поделится, если есть у него копейка, так что можно даже и сапоги купить, и костюм поправить, чтобы на уроки ходить… гм… Ну, а дальше? На пятаки-то что ж
я сделаю?
Мне разве того теперь надобно? Право, смешно, что
я пошел к Разумихину…»
Больше
я его на том не расспрашивал, — это Душкин-то говорит, — а вынес ему билетик — рубль то есть, — потому-де думал, что не
мне, так другому заложит; все одно — пропьет, а пусть лучше у
меня вещь лежит: дальше-де
положишь, ближе возьмешь, а объявится что аль слухи пойдут, тут
я и преставлю».
Потому, в-третьих, что возможную справедливость
положил наблюдать в исполнении, вес и меру, и арифметику: из всех вшей выбрал самую наибесполезнейшую и, убив ее,
положил взять у ней ровно столько, сколько
мне надо для первого шага, и ни больше ни меньше (а остальное, стало быть, так и пошло бы на монастырь, по духовному завещанию — ха-ха!)…
Вы вот изволите теперича говорить: улики; да ведь оно,
положим, улики-с, да ведь улики-то, батюшка, о двух концах, большею-то частию-с, а ведь
я следователь, стало быть слабый человек, каюсь: хотелось бы следствие, так сказать, математически ясно представить, хотелось бы такую улику достать, чтобы на дважды два — четыре походило!
—
Я видел, видел! — кричал и подтверждал Лебезятников, — и хоть это против моих убеждений, но
я готов сей же час принять в суде какую угодно присягу, потому что
я видел, как вы ей тихонько подсунули! Только я-то, дурак, подумал, что вы из благодеяния подсунули! В дверях, прощаясь с нею, когда она повернулась и когда вы ей жали одной рукой руку, другою, левой, вы и
положили ей тихонько в карман бумажку.
Я видел! Видел!
Но, однако,
мне тотчас же пришел в голову опять еще вопрос: что Софья Семеновна, прежде чем заметит, пожалуй, чего доброго, потеряет деньги; вот почему
я решился пойти сюда, вызвать ее и уведомить, что ей
положили в карман сто рублей.
—
Положим, Лужин теперь не захотел, — начал он, не взглядывая на Соню. — Ну а если б он захотел или как-нибудь в расчеты входило, ведь он бы упрятал вас в острог-то, не случись тут
меня да Лебезятникова. А?
— Всю эту возню, то есть похороны и прочее,
я беру на себя. Знаете, были бы деньги, а ведь
я вам сказал, что у
меня лишние. Этих двух птенцов и эту Полечку
я помещу в какие-нибудь сиротские заведения получше и
положу на каждого, до совершеннолетия, по тысяче пятисот рублей капиталу, чтоб уж совсем Софья Семеновна была покойна. Да и ее из омута вытащу, потому хорошая девушка, так ли? Ну-с, так вы и передайте Авдотье Романовне, что ее десять тысяч
я вот так и употребил.
Оно,
положим, и сумасшедшие тоже едят, но хоть ты и слова со
мной не сказал, но ты… не сумасшедший! в этом
я поклянусь.
Полагаю, что у них и разговору иного не было, как обо
мне, и, уж без сомнения, Авдотье Романовне стали известны все эти мрачные, таинственные сказки, которые
мне приписывают…
— Из всех ваших полупьяных рассказов, — резко отрезал Раскольников, —
я заключил положительно, что вы не только не оставили ваших подлейших замыслов на мою сестру, но даже более чем когда-нибудь ими заняты.
Мне известно, что сегодня утром сестра моя получила какое-то письмо. Вам все время не сиделось на месте… Вы,
положим, могли откопать по дороге какую-нибудь жену; но это ничего не значит.
Я желаю удостовериться лично…
— Вот ваше письмо, — начала она,
положив его на стол. — Разве возможно то, что вы пишете? Вы намекаете на преступление, совершенное будто бы братом. Вы слишком ясно намекаете, вы не смеете теперь отговариваться. Знайте же, что
я еще до вас слышала об этой глупой сказке и не верю ей ни в одном слове. Это гнусное и смешное подозрение.
Я знаю историю и как и отчего она выдумалась. У вас не может быть никаких доказательств. Вы обещали доказать: говорите же! Но заранее знайте, что
я вам не верю! Не верю!..
— Софья Семеновна не воротится до ночи.
Я так
полагаю. Она должна была прийти очень скоро, если же нет, то уж очень поздно…
Неточные совпадения
— В таком случае, изложите ее письменно. Она пойдет в комиссию всяких прошений. Комиссия всяких прошений, пометивши, препроводит ее ко
мне. От
меня поступит она в комитет сельских дел, там сделают всякие справки и выправки по этому делу. Главноуправляющий вместе с конторою в самоскорейшем времени
положит свою резолюцию, и дело будет сделано.
Да накупи
я всех этих, которые вымерли, пока еще не подавали новых ревизских сказок, приобрети их,
положим, тысячу, да,
положим, опекунский совет даст по двести рублей на душу: вот уж двести тысяч капиталу!
— Да сделай ты
мне свиной сычуг.
Положи в середку кусочек льду, чтобы он взбухнул хорошенько. Да чтобы к осетру обкладка, гарнир-то, гарнир-то чтобы был побогаче! Обложи его раками, да поджаренной маленькой рыбкой, да проложи фаршецом из снеточков, да подбавь мелкой сечки, хренку, да груздочков, да репушки, да морковки, да бобков, да нет ли еще там какого коренья?
— Что ж могу
я сделать?
Я должен воевать с законом.
Положим, если бы
я даже и решился на это, но ведь князь справедлив, — он ни за что не отступит.
— Позвольте, почтеннейший, вновь обратить вас к предмету прекращенного разговора.
Я спрашивал вас о том, как быть, как поступить, как лучше приняться… [Далее в рукописи отсутствуют две страницы. В первом издании второго тома «Мертвых душ» (1855) примечание: «Здесь в разговоре Костанжогло с Чичиковым пропуск. Должно
полагать, что Костанжогло предложил Чичикову приобрести покупкою именье соседа его, помещика Хлобуева».]