Неточные совпадения
— А с пустяками ходишь, батюшка,
ничего, почитай,
не стоит. За колечко вам прошлый раз два билетика [Билетик (простореч.) — рубль.] внесла, а оно и купить-то его новое у ювелира за полтора рубля можно.
В самой же комнате было всего только два стула и клеенчатый очень ободранный диван, перед которым
стоял старый кухонный сосновый стол, некрашеный и
ничем не покрытый.
— Эх, брат, да ведь природу поправляют и направляют, а без этого пришлось бы потонуть в предрассудках. Без этого ни одного бы великого человека
не было. Говорят: «долг, совесть», — я
ничего не хочу говорить против долга и совести, — но ведь как мы их понимаем?
Стой, я тебе еще задам один вопрос. Слушай!
Народ расходился, полицейские возились еще с утопленницей, кто-то крикнул про контору… Раскольников смотрел на все с странным ощущением равнодушия и безучастия. Ему стало противно. «Нет, гадко… вода…
не стоит, — бормотал он про себя. —
Ничего не будет, — прибавил он, — нечего ждать. Что это, контора… А зачем Заметов
не в конторе? Контора в десятом часу отперта…» Он оборотился спиной к перилам и поглядел кругом себя.
—
Стой! — закричал Разумихин, хватая вдруг его за плечо, —
стой! Ты наврал! Я надумался: ты наврал! Ну какой это подвох? Ты говоришь, что вопрос о работниках был подвох? Раскуси: ну если б это ты сделал, мог ли б ты проговориться, что видел, как мазали квартиру… и работников? Напротив:
ничего не видал, если бы даже и видел! Кто ж сознается против себя?
Совершенное молчание воцарилось в комнате. Даже плакавшие дети затихли. Соня
стояла мертво-бледная, смотрела на Лужина и
ничего не могла отвечать. Она как будто еще и
не понимала. Прошло несколько секунд.
Всех глупее
стояла Амалия Ивановна, разинув рот и ровно
ничего не смысля.
Ахиллесу, наконец, показалось непорядком, что человек
не пьян, а
стоит перед ним в трех шагах, глядит в упор и
ничего не говорит.
— А счастье, от которого вы с ума сходите? — продолжала она. — А эти утра и вечера, этот парк, а мое люблю — все это
ничего не стоит, никакой цены, никакой жертвы, никакой боли?
— Я, как человек, — сказал Вронский, — тем хорош, что жизнь для меня
ничего не стоит. А что физической энергии во мне довольно, чтобы врубиться в каре и смять или лечь, — это я знаю. Я рад тому, что есть за что отдать мою жизнь, которая мне не то что не нужна, но постыла. Кому-нибудь пригодится. — И он сделал нетерпеливое движение скулой от неперестающей, ноющей боли зуба, мешавшей ему даже говорить с тем выражением, с которым он хотел.
Неутомимый, выносливый, куда хошь его поверни, безответный; а прокормить его
ничего не стоит: коли нет ничего другого, землю под собой глодает.
— Вы на меня не сердитесь, я дура,
ничего не стою… и Алеша, может быть, прав, очень прав, что не хочет к такой смешной ходить.
Самобытность, которая может быть сохранена лишь прикреплением ее к отсталым и элементарным материальным формам,
ничего не стоит, и на ней ничего нельзя основать.
Неточные совпадения
Дамы наперерыв принялись сообщать ему все события, рассказали о покупке мертвых душ, о намерении увезти губернаторскую дочку и сбили его совершенно с толку, так что сколько ни продолжал он
стоять на одном и том же месте, хлопать левым глазом и бить себя платком по бороде, сметая оттуда табак, но
ничего решительно
не мог понять.
Но Чичиков уж никаким образом
не мог втереться, как ни старался и ни
стоял за него подстрекнутый письмами князя Хованского первый генеральский секретарь, постигнувший совершенно управленье генеральским носом, но тут он
ничего решительно
не мог сделать.
И вот будущий родоначальник, как осторожный кот, покося только одним глазом вбок,
не глядит ли откуда хозяин, хватает поспешно все, что к нему поближе: мыло ли
стоит, свечи ли, сало, канарейка ли попалась под лапу — словом,
не пропускает
ничего.
Последние слова он уже сказал, обратившись к висевшим на стене портретам Багратиона и Колокотрони, [Колокотрони — участник национально-освободительного движения в Греции в 20-х г. XIX в.] как обыкновенно случается с разговаривающими, когда один из них вдруг, неизвестно почему, обратится
не к тому лицу, к которому относятся слова, а к какому-нибудь нечаянно пришедшему третьему, даже вовсе незнакомому, от которого знает, что
не услышит ни ответа, ни мнения, ни подтверждения, но на которого, однако ж, так устремит взгляд, как будто призывает его в посредники; и несколько смешавшийся в первую минуту незнакомец
не знает, отвечать ли ему на то дело, о котором
ничего не слышал, или так
постоять, соблюдши надлежащее приличие, и потом уже уйти прочь.
Это были: караульная будка, у которой
стоял солдат с ружьем, две-три извозчичьи биржи и, наконец, длинные заборы с известными заборными надписями и рисунками, нацарапанными углем и мелом; более
не находилось
ничего на сей уединенной, или, как у нас выражаются, красивой площади.