Неточные совпадения
«Конечно, — пробормотал он про себя через минуту, с каким-то чувством самоунижения, — конечно, всех этих пакостей
не закрасить и
не загладить теперь
никогда… а стало быть, и думать об этом нечего, а потому явиться молча и… исполнить свои обязанности… тоже молча, и… и
не просить извинения, и ничего
не говорить, и… и уж, конечно, теперь все погибло!»
— Он ничего и
никогда сам об этой истории со мною
не говорил, — осторожно отвечал Разумихин, — но я кой-что слышал от самой госпожи Зарницыной, которая тоже, в своем роде,
не из рассказчиц, и что слышал, то, пожалуй, несколько даже и странно…
Сказав это, он вдруг смутился и побледнел: опять одно недавнее ужасное ощущение мертвым холодом прошло по душе его; опять ему вдруг стало совершенно ясно и понятно, что он сказал сейчас ужасную ложь, что
не только
никогда теперь
не придется ему успеть наговориться, но уже ни об чем больше,
никогда и ни с кем, нельзя ему теперь
говорить. Впечатление этой мучительной мысли было так сильно, что он, на мгновение, почти совсем забылся, встал с места и,
не глядя ни на кого, пошел вон из комнаты.
—
Никогда вы этого
не говорили! — резко и с азартом ответил Раскольников.
Изо ста кроликов
никогда не составится лошадь, изо ста подозрений
никогда не составится доказательства, ведь вот как одна английская пословица
говорит, да ведь это только благоразумие-с, а со страстями-то, со страстями попробуйте справиться, потому и следователь человек-с.
Он
никогда не говорил с ними о боге и о вере, но они хотели убить его как безбожника; он молчал и
не возражал им. Один каторжный бросился было на него в решительном исступлении; Раскольников ожидал его спокойно и молча: бровь его
не шевельнулась, ни одна черта его лица
не дрогнула. Конвойный успел вовремя стать между ним и убийцей —
не то пролилась бы кровь.
Неточные совпадения
Чем кто ближе с ним сходился, тому он скорее всех насаливал: распускал небылицу, глупее которой трудно выдумать, расстроивал свадьбу, торговую сделку и вовсе
не почитал себя вашим неприятелем; напротив, если случай приводил его опять встретиться с вами, он обходился вновь по-дружески и даже
говорил: «Ведь ты такой подлец,
никогда ко мне
не заедешь».
— Иван Петрович выше ростом, а этот и низенький и худенький; тот
говорит громко, басит и
никогда не смеется, а этот черт знает что: пищит птицей и все смеется».
— Простите, Павел Иванович, я виноват! — сказал тронутый Тентетников, схвативши признательно обе его руки. — Ваше доброе участие мне дорого, клянусь! Но оставим этот разговор,
не будем больше
никогда об этом
говорить.
Чичиков
никогда не чувствовал себя в таком веселом расположении, воображал себя уже настоящим херсонским помещиком,
говорил об разных улучшениях: о трехпольном хозяйстве, о счастии и блаженстве двух душ, и стал читать Собакевичу послание в стихах Вертера к Шарлотте, [Вертер и Шарлотта — герои сентиментального романа И.-В.
Никогда не говорили они: «я высморкалась», «я вспотела», «я плюнула», а
говорили: «я облегчила себе нос», «я обошлась посредством платка».