Неточные совпадения
Но Лужин уже выходил сам, не докончив речи, пролезая снова между столом и стулом; Разумихин на этот раз встал, чтобы пропустить его. Не глядя
ни на кого и даже не кивнув головой Зосимову, который давно уже кивал ему, чтоб он оставил в покое больного, Лужин вышел, приподняв из осторожности рядом с плечом свою шляпу,
когда, принагнувшись, проходил в дверь. И даже в изгибе спины его как
бы выражалось при этом случае, что он уносит с собой ужасное оскорбление.
— Он был не в себе вчера, — задумчиво проговорил Разумихин. — Если
бы вы знали, что он там натворил вчера в трактире, хоть и умно… гм! О каком-то покойнике и о какой-то девице он действительно мне что-то говорил вчера,
когда мы шли домой, но я не понял
ни слова… А впрочем, и я сам вчера…
В господском доме, за обедом, за чаем,
когда бы ни собрались господа, только и было речи что о Федоте. На смерть его смотрели как на бедствие.
— Как везде. Где бы ни взглянул человек и
когда бы ни взглянул на природу, на жизнь с раскрытой душой, прямо, бескорыстно — они дадут бездну наслаждения.
Неточные совпадения
Он был недоволен поведением Собакевича. Все-таки, как
бы то
ни было, человек знакомый, и у губернатора, и у полицеймейстера видались, а поступил как
бы совершенно чужой, за дрянь взял деньги!
Когда бричка выехала со двора, он оглянулся назад и увидел, что Собакевич все еще стоял на крыльце и, как казалось, приглядывался, желая знать, куда гость поедет.
Задумался ли он над участью Абакума Фырова или задумался так, сам собою, как задумывается всякий русский, каких
бы ни был лет, чина и состояния,
когда замыслит об разгуле широкой жизни?
— Ваше сиятельство, — сказал Муразов, — кто
бы ни был человек, которого вы называете мерзавцем, но ведь он человек. Как же не защищать человека,
когда знаешь, что он половину зол делает от грубости и неведенья? Ведь мы делаем несправедливости на всяком шагу и всякую минуту бываем причиной несчастья другого, даже и не с дурным намереньем. Ведь ваше сиятельство сделали также большую несправедливость.
Ни перед кем не побоялась
бы она обнаружить своих мыслей, и никакая сила не могла
бы ее заставить молчать,
когда ей хотелось говорить.
Но гнев бывал у нее только тогда,
когда она слышала о какой
бы то
ни было несправедливости или жестоком поступке с кем
бы то
ни было.