Неточные совпадения
Раскольникову давно уже хотелось уйти; помочь же ему он и сам думал. Мармеладов оказался гораздо слабее ногами, чем в речах, и крепко оперся на молодого
человека.
Идти было шагов двести — триста. Смущение и страх все более и более овладевали пьяницей по мере приближения
к дому.
Тяжело за двести рублей всю жизнь в гувернантках по губерниям шляться, но я все-таки знаю, что сестра моя скорее в негры
пойдет к плантатору или в латыши
к остзейскому немцу, чем оподлит дух свой и нравственное чувство свое связью с
человеком, которого не уважает и с которым ей нечего делать, — навеки, из одной своей личной выгоды!
Несколько
людей стояло при самом входе в дом с улицы, глазея на прохожих; оба дворника, баба, мещанин в халате и еще кое-кто. Раскольников
пошел прямо
к ним.
Он
пошел к нему через улицу, но вдруг этот
человек повернулся и
пошел как ни в чем не бывало, опустив голову, не оборачиваясь и не подавая вида, что звал его.
— Я, знаете,
человек холостой, этак несветский и неизвестный, и
к тому же законченный
человек, закоченелый человек-с, в семя
пошел и… и… и заметили ль вы, Родион Романович, что у нас, то есть у нас в России-с, и всего более в наших петербургских кружках, если два умные
человека, не слишком еще между собою знакомые, но, так сказать, взаимно друг друга уважающие, вот как мы теперь с вами-с, сойдутся вместе, то целых полчаса никак не могут найти темы для разговора, — коченеют друг перед другом, сидят и взаимно конфузятся.
Да и не поверит вам никто: ну, с какой стати девушка
пошла одна
к одинокому
человеку на квартиру?
Дуня из этого свидания по крайней мере вынесла одно утешение, что брат будет не один:
к ней, Соне,
к первой пришел он со своею исповедью; в ней искал он
человека, когда ему понадобился
человек; она же и
пойдет за ним, куда
пошлет судьба.
Отыскивая пешком в квартале Монмартр улицу, где живет Золя (rue de Boulogne), я
шел к человеку, наружность которого была мне довольно хорошо известна по нескольким портретам.
Христос никогда не придет в силе и
славе к людям, которые не совершат творческого акта, второго лика Христа они никогда не увидят, Он вечно будет обращен к ним лишь своим распятым, растерзанным, жертвенным Ликом.
Неточные совпадения
Чичиков тоже устремился
к окну.
К крыльцу подходил лет сорока
человек, живой, смуглой наружности. На нем был триповый картуз. По обеим сторонам его, сняв шапки,
шли двое нижнего сословия, —
шли, разговаривая и о чем-то с <ним> толкуя. Один, казалось, был простой мужик; другой, в синей сибирке, какой-то заезжий кулак и пройдоха.
— Да не позабудьте, Иван Григорьевич, — подхватил Собакевич, — нужно будет свидетелей, хотя по два с каждой стороны.
Пошлите теперь же
к прокурору, он
человек праздный и, верно, сидит дома, за него все делает стряпчий Золотуха, первейший хапуга в мире. Инспектор врачебной управы, он также
человек праздный и, верно, дома, если не поехал куда-нибудь играть в карты, да еще тут много есть, кто поближе, — Трухачевский, Бегушкин, они все даром бременят землю!
Нельзя утаить, что почти такого рода размышления занимали Чичикова в то время, когда он рассматривал общество, и следствием этого было то, что он наконец присоединился
к толстым, где встретил почти всё знакомые лица: прокурора с весьма черными густыми бровями и несколько подмигивавшим левым глазом так, как будто бы говорил: «
Пойдем, брат, в другую комнату, там я тебе что-то скажу», —
человека, впрочем, серьезного и молчаливого; почтмейстера, низенького
человека, но остряка и философа; председателя палаты, весьма рассудительного и любезного
человека, — которые все приветствовали его, как старинного знакомого, на что Чичиков раскланивался несколько набок, впрочем, не без приятности.
Разговор сначала не клеился, но после дело
пошло, и он начал даже получать форс, но… здесь,
к величайшему прискорбию, надобно заметить, что
люди степенные и занимающие важные должности как-то немного тяжеловаты в разговорах с дамами; на это мастера господа поручики и никак не далее капитанских чинов.
— А ведь вы правы: все лучше выпить чайку, — да я все ждал… Уж
человек его давно
к нему
пошел, да, видно, что-нибудь задержало.