Неточные совпадения
Ибо об чем, о Господи, об чем мог говорить в то время такой человек, как Версилов,
с такою особою, как моя мать, даже и в случае самой неотразимой
любви?
Что мне за дело о том, что будет через тысячу лет
с этим вашим человечеством, если мне за это, по вашему кодексу, — ни
любви, ни будущей жизни, ни признания за мной подвига?
Утверждали (Андроников, говорят, слышал от самой Катерины Николавны), что, напротив, Версилов, прежде еще, то есть до начала чувств молодой девицы, предлагал свою
любовь Катерине Николавне; что та, бывшая его другом, даже экзальтированная им некоторое время, но постоянно ему не верившая и противоречившая, встретила это объяснение Версилова
с чрезвычайною ненавистью и ядовито осмеяла его.
Марья Ивановна, передавая все это мне в Москве, верила и тому и другому варианту, то есть всему вместе: она именно утверждала, что все это могло произойти совместно, что это вроде la haine dans l'amour, [Ненависти в
любви (франц.).] оскорбленной любовной гордости
с обеих сторон и т. д., и т. д., одним словом, что-то вроде какой-то тончайшей романической путаницы, недостойной всякого серьезного и здравомыслящего человека и, вдобавок,
с подлостью.
— Он
с особенною
любовью описывает, — заметил Версилов, обращаясь к Татьяне Павловне; та отвернулась и не ответила.
— Ну вот видишь, даже, может, и в карты не играет! Повторяю, рассказывая эту дребедень, он удовлетворяет своей
любви к ближнему: ведь он и нас хотел осчастливить. Чувство патриотизма тоже удовлетворено; например, еще анекдот есть у них, что Завьялову англичане миллион давали
с тем только, чтоб он клейма не клал на свои изделия…
Тут какая-то ошибка в словах
с самого начала, и «
любовь к человечеству» надо понимать лишь к тому человечеству, которое ты же сам и создал в душе своей (другими словами, себя самого создал и к себе самому
любовь) и которого, поэтому, никогда и не будет на самом деле.
— Но возможность, главное — возможность только предположить вашу
любовь к Катерине Николаевне! Простите, я все еще не выхожу из остолбенения. Я никогда, никогда не дозволял себе говорить
с вами на эту или на подобную тему…
Он перевел дух и вздохнул. Решительно, я доставил ему чрезвычайное удовольствие моим приходом. Жажда сообщительности была болезненная. Кроме того, я решительно не ошибусь, утверждая, что он смотрел на меня минутами
с какою-то необыкновенною даже
любовью: он ласкательно клал ладонь на мою руку, гладил меня по плечу… ну, а минутами, надо признаться, совсем как бы забывал обо мне, точно один сидел, и хотя
с жаром продолжал говорить, но как бы куда-то на воздух.
— Многое помню. Как только себя в жизни запомнила,
с тех пор
любовь и милость вашу над собой увидела, — проникнутым голосом проговорила она и вся вдруг вспыхнула.
— Или идиотка; впрочем, я думаю, что и сумасшедшая. У нее был ребенок от князя Сергея Петровича (по сумасшествию, а не по
любви; это — один из подлейших поступков князя Сергея Петровича); ребенок теперь здесь, в той комнате, и я давно хотел тебе показать его. Князь Сергей Петрович не смел сюда приходить и смотреть на ребенка; это был мой
с ним уговор еще за границей. Я взял его к себе,
с позволения твоей мамы.
С позволения твоей мамы хотел тогда и жениться на этой… несчастной…
Я и прежде живал в Европе, но тогда было время особенное, и никогда я не въезжал туда
с такою безотрадною грустью и…
с такою
любовью, как в то время.
Впишу здесь, пожалуй, и собственное мое суждение, мелькнувшее у меня в уме, пока я тогда его слушал: я подумал, что любил он маму более, так сказать, гуманною и общечеловеческою
любовью, чем простою
любовью, которою вообще любят женщин, и чуть только встретил женщину, которую полюбил этою простою
любовью, то тотчас же и не захотел этой
любви — вероятнее всего
с непривычки.
— Я только не умела выразиться, — заторопилась она, — это я не так сказала; это потому, что я при вас всегда стыдилась и не умела говорить
с первой нашей встречи. А если я не так сказала словами, что «почти вас люблю», то ведь в мысли это было почти так — вот потому я и сказала, хотя и люблю я вас такою… ну, такою общею
любовью, которою всех любишь и в которой всегда не стыдно признаться…
Неточные совпадения
Хлестаков. Я не шутя вам говорю… Я могу от
любви свихнуть
с ума.
Хлестаков. Нет, я влюблен в вас. Жизнь моя на волоске. Если вы не увенчаете постоянную
любовь мою, то я недостоин земного существования.
С пламенем в груди прошу руки вашей.
Стародум. Оттого, мой друг, что при нынешних супружествах редко
с сердцем советуют. Дело в том, знатен ли, богат ли жених? Хороша ли, богата ли невеста? О благонравии вопросу нет. Никому и в голову не входит, что в глазах мыслящих людей честный человек без большого чина — презнатная особа; что добродетель все заменяет, а добродетели ничто заменить не может. Признаюсь тебе, что сердце мое тогда только будет спокойно, когда увижу тебя за мужем, достойным твоего сердца, когда взаимная
любовь ваша…
Любовное свидание мужчины
с женщиной именовалось «ездою на остров
любви»; грубая терминология анатомии заменилась более утонченною; появились выражения вроде «шаловливый мизантроп», [Мизантро́п — человек, избегающий общества, нелюдим.] «милая отшельница» и т. п.
Сзади процессии следовала Пфейферша, без кринолина;
с одной стороны ее конвоировала Аксиньюшка,
с другой — знаменитый юродивый Парамоша, заменивший в
любви глуповцев не менее знаменитого Архипушку, который сгорел таким трагическим образом в общий пожар (см.