Неточные совпадения
Я так и вздрогнул. Во-первых, он Версилова обозначил
моим отцом, чего бы он себе никогда со
мной не позволил, а во-вторых, заговорил о Версилове, чего никогда не случалось.
Вошли две дамы, обе девицы, одна — падчерица одного двоюродного брата покойной жены князя, или что-то в этом роде, воспитанница его, которой он уже выделил приданое и которая (замечу для будущего) и сама была с деньгами;
вторая — Анна Андреевна Версилова, дочь Версилова, старше
меня тремя годами, жившая с своим братом у Фанариотовой и которую
я видел до этого времени всего только раз в
моей жизни, мельком на улице, хотя с братом ее, тоже мельком, уже имел в Москве стычку (очень может быть, и упомяну об этой стычке впоследствии, если место будет, потому что в сущности не стоит).
Не удовлетворившись этой пробой,
я сделал и
вторую: на карманные расходы
мои, кроме содержания, уплачиваемого Николаю Семеновичу,
мне полагалось ежемесячно по пяти рублей.
Ну пусть эти случаи даже слишком редки; все равно, главным правилом будет у
меня — не рисковать ничем, и
второе — непременно в день хоть сколько-нибудь нажить сверх минимума, истраченного на
мое содержание, для того чтобы ни единого дня не прерывалось накопление.
Был всего
второй час в начале, когда
я вернулся опять к Васину за
моим чемоданом и как раз опять застал его дома. Увидав
меня, он с веселым и искренним видом воскликнул...
Я уже сообщал во
второй части
моего рассказа, забегая вперед, что он очень кратко и ясно передал
мне о письме ко
мне арестованного князя, о Зерщикове, о его объяснении в
мою пользу и проч., и проч.
Но в просьбе вашей сообщить
мое мнение собственно об этой идее должен вам решительно отказать: во-первых, на письме не уместится, а во-вторых — и сам не готов к ответу, и
мне надо еще это переварить.
Неточные совпадения
Г-жа Простакова. Говори, Митрофанушка. Как — де, сударь,
мне не целовать твоей ручки? Ты
мой второй отец.
И того ради, существенная видится в том нужда, дабы можно было
мне, яко градоначальнику, издавать для скорости собственного
моего умысла законы, хотя бы даже не первого сорта (о сем и помыслить не смею!), но
второго или третьего.
Уж
я заканчивал
второй стакан чая, как вдруг дверь скрыпнула, легкий шорох платья и шагов послышался за
мной;
я вздрогнул и обернулся, — то была она,
моя ундина!
Я долго не решался открыть
вторую записку… Что могла она
мне писать?.. Тяжелое предчувствие волновало
мою душу.
— Это, однако ж, странно, — сказала во всех отношениях приятная дама, — что бы такое могли значить эти мертвые души?
Я, признаюсь, тут ровно ничего не понимаю. Вот уже во
второй раз
я все слышу про эти мертвые души; а муж
мой еще говорит, что Ноздрев врет; что-нибудь, верно же, есть.