Неточные совпадения
Потом она вдруг обратилась к князю и, грозно нахмурив брови, пристально его разглядывала; но это
было на мгновение; может
быть, ей вдруг показалось, что всё это
шутка, насмешка; но вид князя тотчас ее разуверил.
— Он самый и
есть, — отвечал с неприятною усмешкой Рогожин, точно готовясь к немедленной бесцеремонной какой-нибудь
шутке насчет покойного своего родителя.
— По-братски и принимаю за
шутку; пусть мы свояки: мне что, — больше чести. Я в нем даже и сквозь двухсот персон и тысячелетие России замечательнейшего человека различаю. Искренно говорю-с. Вы, князь, сейчас о секретах заговорили-с, будто бы, то
есть, я приближаюсь, точно секрет сообщить желаю, а секрет, как нарочно, и
есть: известная особа сейчас дала знать, что желала бы очень с вами секретное свидание иметь.
— Никакой нет глупости, кроме глубочайшего уважения, — совершенно неожиданно важным и серьезным голосом вдруг произнесла Аглая, успевшая совершенно поправиться и подавить свое прежнее смущение. Мало того, по некоторым признакам можно
было подумать, глядя на нее, что она сама теперь радуется, что
шутка заходит всё дальше и дальше, и весь этот переворот произошел в ней именно в то мгновение, когда слишком явно заметно стало возраставшее всё более и более и достигшее чрезвычайной степени смущение князя.
Во всяком случае выходка Аглаи, — конечно,
шутка, хоть слишком резкая и легкомысленная, —
была преднамеренная.
А между тем, как ни припоминал потом князь, выходило, что Аглая произнесла эти буквы не только без всякого вида
шутки, или какой-нибудь усмешки, или даже какого-нибудь напирания на эти буквы, чтобы рельефнее выдать их затаенный смысл, но, напротив, с такою неизменною серьезностью, с такою невинною и наивною простотой, что можно
было подумать, что эти самые буквы и
были в балладе, и что так
было в книге напечатано.
Евгений Павлович, казалось,
был в самом веселом расположении, всю дорогу до воксала смешил Александру и Аделаиду, которые с какою-то уже слишком особенною готовностию смеялись его
шуткам, до того, что он стал мельком подозревать, что они, может
быть, совсем его и не слушают.
— Сущность та же, хотя, может
быть, и разные амплуа. Увидите, если этот господин не способен укокошить десять душ, собственно для одной «
шутки», точь-в-точь как он сам нам прочел давеча в объяснении. Теперь мне эти слова его спать не дадут.
— Может
быть, это
была только
шутка для веселого смеха.
— Странно, странно это мне всё. То
есть такой сюрприз и удар, что… Видишь ли, милый, я не насчет состояния (хоть и ожидал, что у тебя побольше), но… мне счастье дочери… наконец… способен ли ты, так сказать, составить это… счастье-то? И… и… что это:
шутка или правда с ее-то стороны? То
есть не с твоей, а с ее стороны?
Неточные совпадения
К дьячку с семинаристами // Пристали: «
Пой „Веселую“!» // Запели молодцы. // (Ту песню — не народную — // Впервые
спел сын Трифона, // Григорий, вахлакам, // И с «Положенья» царского, // С народа крепи снявшего, // Она по пьяным праздникам // Как плясовая пелася // Попами и дворовыми, — // Вахлак ее не
пел, // А, слушая, притопывал, // Присвистывал; «Веселою» // Не в
шутку называл.)
— Коли всем миром велено: // «Бей!» — стало,
есть за что! — // Прикрикнул Влас на странников. — // Не ветрогоны тисковцы, // Давно ли там десятого // Пороли?.. Не до
шуток им. // Гнусь-человек! — Не бить его, // Так уж кого и бить? // Не нам одним наказано: // От Тискова по Волге-то // Тут деревень четырнадцать, — // Чай, через все четырнадцать // Прогнали, как сквозь строй! —
Много
было наезжих людей, которые разоряли Глупов: одни — ради
шутки, другие — в минуту грусти, запальчивости или увлечения; но Угрюм-Бурчеев
был первый, который задумал разорить город серьезно.
К сожалению, летописец не рассказывает дальнейших подробностей этой истории. В переписке же Пфейферши сохранились лишь следующие строки об этом деле:"Вы, мужчины, очень счастливы; вы можете
быть твердыми; но на меня вчерашнее зрелище произвело такое действие, что Пфейфер не на
шутку встревожился и поскорей дал мне принять успокоительных капель". И только.
Она сказала с ним несколько слов, даже спокойно улыбнулась на его
шутку о выборах, которые он назвал «наш парламент». (Надо
было улыбнуться, чтобы показать, что она поняла
шутку.) Но тотчас же она отвернулась к княгине Марье Борисовне и ни разу не взглянула на него, пока он не встал прощаясь; тут она посмотрела на него, но, очевидно, только потому, что неучтиво не смотреть на человека, когда он кланяется.