Неточные совпадения
Вы видели сами, вы
были свидетелем в это утро: я сделал всё, что мог сделать отец, — но отец кроткий и снисходительный; теперь же на сцену выйдет отец иного сорта и тогда — увидим, посмотрим: заслуженный ли старый воин одолеет
интригу, или бесстыдная камелия войдет в благороднейшее семейство.
Яснее всего
было то, что к нему теперь заходили (и именно князь Щ.) в надежде каких-нибудь разъяснений; если так, то его прямо считают участником в
интриге.
Согласен тоже, что будущность чревата событиями и что много неразъясненного; тут
есть и
интрига; но если здесь ничего не знают, там опять ничего объяснить не умеют; если я не слыхал, ты не слыхал, тот не слыхал, пятый тоже ничего не слыхал, то кто же, наконец, и слышал, спрошу тебя?
Он
был лекарем в губернии, имел казенное место, но тут начались какие-то
интриги, в которые вмешали даже жену его.
При отсутствии внимательного изучения русской истории XVIII века обыкновенно повторяли, что время, прошедшее от смерти Петра Великого до вступления на престол Екатерины II, есть время печальное, недостаточно изученное — время, в которое на первом плане
были интриги, дворцовые перевороты, господство иноземцев.
Не беспокойтеся: я понял ваш намек // И не дождуся повторенья! // Какая быстрота ума, соображенья! // Тут
есть интрига… да, вмешаюсь в эту связь — // Мне благодарен будет князь. // Я попаду к нему в агенты… // Потом сюда с рапортом прилечу, // И уж, авось, тогда хоть получу // Я пятилетние проценты.
У них
будет интрига, будут тайные свидания, будут сплетни общества, над которыми они станут смеяться и с помощью Клеопатры Николаевны сбивать всех с толку, — вот о чем он мечтал.
Неточные совпадения
— Нет, — сморщившись от досады за то, что его подозревают в такой глупости, сказал Серпуховской. — Tout ça est une blague. [Всё это глупости.] Это всегда
было и
будет. Никаких коммунистов нет. Но всегда людям
интриги надо выдумать вредную, опасную партию. Это старая штука. Нет, нужна партия власти людей независимых, как ты и я.
Был, после начала возмущения, день седьмый. Глуповцы торжествовали. Но несмотря на то что внутренние враги
были побеждены и польская
интрига посрамлена, атаманам-молодцам
было как-то не по себе, так как о новом градоначальнике все еще не
было ни слуху ни духу. Они слонялись по городу, словно отравленные мухи, и не смели ни за какое дело приняться, потому что не знали, как-то понравятся ихние недавние затеи новому начальнику.
Ни помощник градоначальника, ни неустрашимый штаб-офицер — никто ничего не знал об
интригах Козыря, так что, когда приехал в Глупов подлинный градоначальник, Двоекуров, и началась разборка"оного нелепого и смеха достойного глуповского смятения", то за Семеном Козырем не только не
было найдено ни малейшей вины, но, напротив того, оказалось, что это"подлинно достойнейший и благопоспешительнейший к подавлению революции гражданин".
Этого последнего обстоятельства совершенно достаточно
было, чтобы выставить новую претендентшу и сплести новую польскую
интригу.
Легко
было немке справиться с беспутною Клемантинкою, но несравненно труднее
было обезоружить польскую
интригу, тем более что она действовала невидимыми подземными путями. После разгрома Клемантинкинова паны Кшепшицюльский и Пшекшицюльский грустно возвращались по домам и громко сетовали на неспособность русского народа, который даже для подобного случая ни одной талантливой личности не сумел из себя выработать, как внимание их
было развлечено одним, по-видимому, ничтожным происшествием.