— Да он сейчас застрелится, что же вы! Посмотрите на него! — вскрикнула Вера и
рванулась к Ипполиту в чрезвычайном испуге и даже схватила его за руки, — ведь он сказал, что на восходе солнца застрелится, что же вы!
Теперь он даже совсем не посещает свою капитаншу, хотя втайне и
рвется к ней, и даже иногда стонет по ней, особенно каждое утро, вставая и надевая сапоги, не знаю уж почему в это именно время.
Неточные совпадения
— Ну,
к черту бедную поселянку! Дальше! —
рвался в нетерпении Ганя.
Он быстро схватил со стола бокал,
рванулся с места и в одно мгновение подошел
к сходу с террасы. Князь побежал было за ним, но случилось так, что, как нарочно, в это самое мгновение Евгений Павлович протянул ему руку прощаясь. Прошла одна секунда, и вдруг всеобщий крик раздался на террасе. Затем наступила минута чрезвычайного смятения.
Она
рвалась к бабушке и останавливалась в ужасе; показаться ей на глаза значило, может быть, убить ее. Настала настоящая казнь Веры. Она теперь только почувствовала, как глубоко вонзился нож и в ее, и в чужую, но близкую ей жизнь, видя, как страдает за нее эта трагическая старуха, недавно еще счастливая, а теперь оборванная, желтая, изможденная, мучающаяся за чужое преступление чужою казнью.
Представьте: мне теперь, вот в эту самую минуту, как я пишу, кажется, что я уже тогда знал во всех подробностях, зачем я
рвался к нему, тогда как, опять-таки, я еще ничего не знал.
Девушка села на диван и ждала, пока отец, бегая по кабинету, продолжал неистовствовать,
порываясь к двери, точно он хотел догнать Данилу Семеныча.
Неточные совпадения
К счастью, по причине неудачной охоты, наши кони не были измучены: они
рвались из-под седла, и с каждым мгновением мы были все ближе и ближе… И наконец я узнал Казбича, только не мог разобрать, что такое он держал перед собою. Я тогда поравнялся с Печориным и кричу ему: «Это Казбич!..» Он посмотрел на меня, кивнул головою и ударил коня плетью.
Как он, она была одета // Всегда по моде и
к лицу; // Но, не спросясь ее совета, // Девицу повезли
к венцу. // И, чтоб ее рассеять горе, // Разумный муж уехал вскоре // В свою деревню, где она, // Бог знает кем окружена, //
Рвалась и плакала сначала, // С супругом чуть не развелась; // Потом хозяйством занялась, // Привыкла и довольна стала. // Привычка свыше нам дана: // Замена счастию она.
Не было никаких сомнений в звонкой душе Грэя — ни глухих ударов тревоги, ни шума мелких забот; спокойно, как парус,
рвался он
к восхитительной цели, полный тех мыслей, которые опережают слова.
Устал и он, Клим Самгин, от всего, что видел, слышал, что читал, насилуя себя для того, чтоб не
порвались какие-то словесные нити, которые связывали его и тянули
к людям определенной «системы фраз».
— Их держат в потемках, умы питают мертвечиной и вдобавок порют нещадно; вот кто позадорнее из них, да еще из кадет — этих вовсе не питают, а только порют — и падки на новое,
рвутся из всех сил — из потемок
к свету… Народ молодой, здоровый, свежий, просит воздуха и пищи, а нам таких и надо…