Неточные совпадения
Согласилась со мной, что мы при третьем коне, вороном, и при всаднике, имеющем меру в руке своей, так как всё в нынешний век на мере и на договоре, и все люди своего только права и
ищут: «мера пшеницы за динарий и три меры ячменя за динарий»… да еще дух свободный и
сердце чистое, и тело здравое, и все дары божии при этом хотят сохранить.
— Довольно! Вы меня поняли, и я спокоен, — заключил он вдруг вставая, —
сердце, как ваше, не может не понять страждущего. Князь, вы благородны, как идеал! Что пред вами другие? Но вы молоды, и я благословляю вас. В конце концов я пришел вас просить назначить мне час для важного разговора, и вот в чем главнейшая надежда моя. Я
ищу одной дружбы и
сердца, князь; я никогда не мог сладить с требованиями моего
сердца.
О нет, Мизгирь, не страхом // Полна душа моя. Какая прелесть // В речах твоих! Какая смелость взора! // Высокого чела отважный вид // И гордая осанка привлекают, // Манят к тебе. У сильного — опоры, // У храброго — защиты
ищет сердце // Стыдливое и робкое. С любовью // Снегурочки трепещущая грудь // К твоей груди прижмется.
Неточные совпадения
Кто б ни был ты, о мой читатель, // Друг, недруг, я хочу с тобой // Расстаться нынче как приятель. // Прости. Чего бы ты за мной // Здесь ни
искал в строфах небрежных, // Воспоминаний ли мятежных, // Отдохновенья ль от трудов, // Живых картин, иль острых слов, // Иль грамматических ошибок, // Дай Бог, чтоб в этой книжке ты // Для развлеченья, для мечты, // Для
сердца, для журнальных сшибок // Хотя крупицу мог найти. // За сим расстанемся, прости!
Как изменилася Татьяна! // Как твердо в роль свою вошла! // Как утеснительного сана // Приемы скоро приняла! // Кто б смел
искать девчонки нежной // В сей величавой, в сей небрежной // Законодательнице зал? // И он ей
сердце волновал! // Об нем она во мраке ночи, // Пока Морфей не прилетит, // Бывало, девственно грустит, // К луне подъемлет томны очи, // Мечтая с ним когда-нибудь // Свершить смиренный жизни путь!
Прошла любовь, явилась муза, // И прояснился темный ум. // Свободен, вновь
ищу союза // Волшебных звуков, чувств и дум; // Пишу, и
сердце не тоскует, // Перо, забывшись, не рисует // Близ неоконченных стихов // Ни женских ножек, ни голов; // Погасший пепел уж не вспыхнет, // Я всё грущу; но слез уж нет, // И скоро, скоро бури след // В душе моей совсем утихнет: // Тогда-то я начну писать // Поэму песен в двадцать пять.
Прошло минут пять;
сердце мое сильно билось, но мысли были спокойны, голова холодна; как я ни
искал в груди моей хоть искры любви к милой Мери, но старания мои были напрасны.
Весело!.. Да, я уже прошел тот период жизни душевной, когда
ищут только счастия, когда
сердце чувствует необходимость любить сильно и страстно кого-нибудь, — теперь я только хочу быть любимым, и то очень немногими; даже мне кажется, одной постоянной привязанности мне было бы довольно: жалкая привычка
сердца!..