С ним произошла опять, и как бы в одно мгновение, необыкновенная перемена: он опять шел бледный, слабый, страдающий, взволнованный; колена его дрожали, и смутная, потерянная улыбка бродила на посинелых губах его: «внезапная идея» его вдруг подтвердилась и оправдалась, и — он опять верил своему демону!
Наутро после вакхической песни и ссоры, когда князь, часов около одиннадцати, выходил из дому, пред ним вдруг явился генерал, чрезвычайно чем-то взволнованный, почти потрясенный.
Еще несколько слов объяснения, крайне спокойного со стороны Ивана Петровича и удивительно взволнованного со стороны князя, и оказалось, что две барыни, пожилые девушки, родственницы покойного Павлищева, проживавшие в его имении Златоверховом и которым князь поручен был на воспитание, были в свою очередь кузинами Ивану Петровичу.
— Ах да! — зашептал вдруг князь прежним взволнованным и торопливым шепотом, как бы поймав опять мысль и ужасно боясь опять потерять ее, даже привскочив на постели, — да… я ведь хотел… эти карты! карты… Ты, говорят, с нею в карты играл?
Перейдя в невидимый режим, я направился в проход. Ребята проводили меня слегка взволнованными взглядами. Переживали, как бы чего вновь со мной не приключилось.
– Мисс, – за спиной раздался взволнованный голос хозяина, – у вас всё хорошо?
Перейдя в невидимый режим, я направился в проход. Ребята проводили меня слегка взволнованными взглядами. Переживали, как бы чего вновь со мной не приключилось.
Здесь уже стояло несколько ребят – у всех был очень взволнованный вид, похожий на обморочное состояние.