Он замолчал и в этот вечер уже больше не сказал ни слова. Но с этих пор он искал каждый раз говорить со мной, хотя сам из почтения, которое он неизвестно почему ко мне чувствовал, никогда не заговаривал первый. Зато очень был рад, когда я
обращался к нему. Я расспрашивал его про Кавказ, про его прежнюю жизнь. Братья не мешали ему со мной разговаривать, и им даже это было приятно. Они тоже, видя, что я все более и более люблю Алея, стали со мной гораздо ласковее.
Неточные совпадения
— Да и выпью, чего кричишь! С праздником, Степан Дорофеич! — вежливо и с легким поклоном
обратился он, держа чашку в руках,
к Степке, которого еще за полминуты обзывал подлецом. — Будь здоров на сто годов, а что жил, не в зачет! —
Он выпил, крякнул и утерся. — Прежде, братцы, я много вина подымал, — заметил
он с серьезною важностью,
обращаясь как будто ко всем и ни
к кому в особенности, — а теперь уж, знать, лета мои подходят. Благодарствую, Степан Дорофеич.
Вот один подталкивает товарища и наскоро сообщает
ему свои впечатления, даже не заботясь и, пожалуй, не видя, кто стоит подле
него; другой, при какой-нибудь смешной сцене, вдруг с восторгом оборачивается
к толпе, быстро оглядывает всех, как бы вызывая всех смеяться, машет рукой и тотчас же опять жадно
обращается к сцене.
Барин, наконец, объявляет
ему, что когда-то в какой-то беде
он обратился к помощи ада, и черти помогли
ему, выручили; но что сегодня срок и, может быть, сегодня же
они придут, по условию, за душой
его.
Все хохочут тому, что
он без барина; но вот
он еще прибавляет полушепотом, конфиденциально
обращаясь к публике и всё веселее и веселее подмигивая глазком...
«Стой! — кричит воспламененный поручик и мигом с вдохновенным жестом,
обращаясь к человеку, поднявшему розгу, кричит: — А ты
ему поднеси!»
— Да с чего мне думать-то, что тебя за ухо тянули? Да и как я это вздумаю, туголобый ты человек? — ввязался снова Устьянцев, с негодованием
обращаясь к Шапкину, хотя, впрочем, тот вовсе не
к нему относился, а ко всем вообще, но Шапкин даже и не посмотрел на
него.
— Ты не знаешь, ты не знаешь, мой милый; вот увидишь… Место опасное; все от места зависит; под самое сердце угодил, разбойник! А тебя, тебя, — заревел
он,
обращаясь к Ломову, — ну, теперь я до тебя доберусь!.. В кордегардию!
— А, теперь все довольны! — проговорил
он торопясь. — Я это и видел… знал. Это зачинщики! Между
ними, очевидно, есть зачинщики! — продолжал
он,
обращаясь к Дятлову, — это надо подробнее разыскать. А теперь… теперь на работу время. Бей в барабан!
Артемий Филиппович (в сторону).Эка, черт возьми, уж и в генералы лезет! Чего доброго, может, и будет генералом. Ведь у него важности, лукавый не взял бы его, довольно. (
Обращаясь к нему.)Тогда, Антон Антонович, и нас не позабудьте.
— Вот-вот именно, — поспешно
обратилась к нему княгиня Мягкая. — Но дело в том, что Анну я вам не отдам. Она такая славная, милая. Что же ей делать, если все влюблены в нее и как тени ходят за ней?
В восемь часов пошел я смотреть фокусника. Публика собралась в исходе девятого; представление началось. В задних рядах стульев узнал я лакеев и горничных Веры и княгини. Все были тут наперечет. Грушницкий сидел в первом ряду с лорнетом. Фокусник
обращался к нему всякий раз, как ему нужен был носовой платок, часы, кольцо и прочее.
Солнце сквозь окно блистало ему прямо в глаза, и мухи, которые вчера спали спокойно на стенах и на потолке, все
обратились к нему: одна села ему на губу, другая на ухо, третья норовила как бы усесться на самый глаз, ту же, которая имела неосторожность подсесть близко к носовой ноздре, он потянул впросонках в самый нос, что заставило его крепко чихнуть, — обстоятельство, бывшее причиною его пробуждения.
Неточные совпадения
Городничий. Нет, нет; позвольте уж мне самому. Бывали трудные случаи в жизни, сходили, еще даже и спасибо получал. Авось бог вынесет и теперь. (
Обращаясь к Бобчинскому.)Вы говорите,
он молодой человек?
— Поняли, старички? —
обратился он к обеспамятевшим обывателям.
— Тако да видят людие! — сказал
он, думая попасть в господствовавший в то время фотиевско-аракчеевский тон; но потом, вспомнив, что
он все-таки не более как прохвост,
обратился к будочникам и приказал согнать городских попов:
И как
он потом, ловко повернувшись на одном каблуке,
обратился к городскому голове и присовокупил:
— Я даже изобразить сего не в состоянии, почтеннейшая моя Марфа Терентьевна, —
обращался он к купчихе Распоповой, — что бы я такое наделал и как были бы сии люди против нынешнего благополучнее, если б мне хотя по одному закону в день издавать предоставлено было!