Цитаты со словом «петров»
Область
поиска
поиска
Область
поиска
поиска
Все знали, что Петров [Петров.
Этот арестант, возможно, был прототипом Петрова, он пришел на каторгу «за сорвание с ротного командира эполет».] в этот раз не захочет лечь под розги и что майору пришел конец.
Что же касается до Петрова, он преспокойно вытерпел наказание.
Из первых стал посещать меня арестант Петров.
Петров жил в особом отделении и в самой отдаленной от меня казарме.
А между тем в это первое время Петров как будто обязанностью почитал чуть не каждый день заходить ко мне в казарму или останавливать меня в шабашное время, когда, бывало, я хожу за казармами, по возможности подальше от всех глаз.
Я нарочно смотрел иногда: куда пойдет от меня Петров?
— Я вот хотел вас про Наполеона спросить. Он ведь родня тому, что в двенадцатом году был? (Петров был из кантонистов и грамотный.)
Объяснил я, по возможности, и это. Петров внимательно слушал, совершенно понимая и скоро соображая, даже наклонив в мою сторону ухо.
И Петров исчезал, и в сущности никогда почти мы не говорили иначе, как в этом роде.
Я стал о нем справляться. М., узнавши об этом знакомстве, даже предостерегал меня. Он сказал мне, что многие из каторжных вселяли в него ужас, особенно сначала, с первых дней острога, но ни один из них, ни даже Газин, не производил на него такого ужасного впечатления, как этот Петров.
И странное дело: несколько лет сряду я знал потом Петрова, почти каждый день говорил с ним; всё время он был ко мне искренно привязан (хоть и решительно не знаю за что), — и во все эти несколько лет, хотя он и жил в остроге благоразумно и ровно ничего не сделал ужасного, но я каждый раз, глядя на него и разговаривая с ним, убеждался, что М. был прав и что Петров, может быть, самый решительный, бесстрашный и не знающий над собою никакого принуждения человек.
Замечу, впрочем, что этот Петров был тот самый, который хотел убить плац-майора, когда его позвали к наказанию и когда майор «спасся чудом», как говорили арестанты, — уехав перед самой минутой наказания.
Они уже долго кричали, и я думал, что дело кончится много-много что простыми колотушками, потому что Петров, хоть и очень редко, но иногда даже дирался и ругался, как самый последний из каторжных.
Но в этот раз случилось не то: Петров вдруг побледнел, губы его затряслись и посинели; дышать стал он трудно.
Но дело кончилось ничем и на этот раз: Антонов, не успел еще Петров дойти до него, молча и поскорее выкинул ему спорную вещь.
Но на ругань Петров не обратил никакого внимания, даже и не отвечал: дело было не в ругани, и выигралось оно в его пользу; он остался очень доволен и взял себе ветошку.
Над такими людьми, как Петров, рассудок властвует только до тех пор, покамест они чего не захотят.
Я не верю, чтоб Петров хорошо кончил; он в какую-нибудь одну минуту всё разом кончит, и если не пропал еще до сих пор, значит случай его не пришел.
Раз в эти первые дни, в один длинный вечер, праздно и тоскливо лежа на нарах, я прослушал один из таких рассказов и по неопытности принял рассказчика за какого-то колоссального, страшного злодея, за неслыханный железный характер, тогда как в это же время чуть не подшучивал над Петровым.
Но Петров не отставал от меня; он сам без моего приглашения подскочил помогать мне и даже предложил меня вымыть.
Вместе с Петровым вызвался прислуживать мне и Баклушин, арестант из особого отделения, которого звали у нас пионером и о котором как-то я поминал, как о веселейшем и милейшем из арестантов, каким он и был в самом деле.
Петров помог мне даже раздеваться, потому что по непривычке я раздевался долго, а в передбаннике было холодно, чуть ли не так же, как на дворе.
Я дал Петрову несколько копеек, чтоб запастись мылом и мочалкой; арестантам выдавалось, правда, и казенное мыло, на каждого по кусочку, величиною с двукопеечник, а толщиною с ломтик сыра, подаваемого по вечерам на закуску у «среднего рода» людей.
Раздев, Петров повел меня даже под руку, заметив, что мне очень трудно ступать в кандалах.
Мне даже несколько совестно было; хотелось уверить Петрова, что я и один умею пройти; но он этому бы не поверил.
Петров был отнюдь не слуга, прежде всего не слуга; разобидь я его, он бы знал, как со мной поступить.
Я испугался и хотел вернуться назад, но Петров тотчас же ободрил меня.
Петров объявил мне, что надо купить место, и тотчас же вступил в торг с арестантом, поместившимся у окошка.
За копейку тот уступил свое место, немедленно получил от Петрова деньги, которые тот нес, зажав в кулаке, предусмотрительно взяв их с собою в баню, и тотчас же юркнул под лавку прямо под мое место, где было темно, грязно и где липкая сырость наросла везде чуть не на полпальца.
Я не утерпел, чтоб не сообщить эту догадку Петрову; он только поглядел кругом и промолчал.
Петров объявил, что вымоет меня с ног до головы, так что «будете совсем чистенькие», и усиленно звал меня париться.
Петров вытер меня всего мылом.
В уменьшительном «ножки» решительно не звучало ни одной нотки рабской; просто-запросто Петров не мог назвать моих ног ногами, вероятно потому, что у других, у настоящих людей, — ноги, а у меня еще только ножки.
Когда мы пришли домой, я предложил ему стакан чаю. От чаю он не отказался, выпил и поблагодарил. Мне пришло в голову раскошелиться и попотчевать его косушкой. Косушка нашлась и в нашей казарме. Петров был отменно доволен, выпил, крякнул и, заметив мне, что я совершенно оживил его, поспешно отправился в кухню, как будто там без него чего-то никак не могли решить. Вместо него ко мне явился другой собеседник, Баклушин (пионер), которого я еще в бане тоже позвал к себе на чай.
Спустя немного прибежал ко мне и Петров поздравить меня.
Петров раза два еще забегал ко мне.
Часу в седьмом пришел за мной Петров, и мы вместе отправились на представленье.
Петров уверял, что меня пустят на одно из первых мест, как бы ни был набит битком театр, на том основании, что я, как богаче других, вероятно, и больше дам, а к тому же и толку больше ихнего знаю.
Нас, меня и Петрова, тотчас же пропустили вперед, почти к самым скамейкам, где было гораздо виднее, чем в задних рядах.
Петров наивно сказал мне, когда мы только еще собирались в театр, что меня пустят вперед и потому еще, что я дам больше денег.
В одно прекрасное утро, перед самым Петровым днем, Гнедко, привезя вечернюю бочку, упал и издох в несколько минут.
В самый Петров день, поутру, после обедни, когда все у нас были в полном сборе, стали приводить продажных лошадей.
Петров, между прочим, так и сновал взад и вперед, прислушивался ко всем кучкам, мало говорил, но, видимо, был в волнении и первый выскочил из казармы, когда начали строиться.
В тот же вечер, то есть в самый день претензии, возвратясь с работы, я встретился за казармами с Петровым. Он меня уж искал. Подойдя ко мне, он что-то пробормотал, что-то вроде двух-трех неопределенных восклицаний, но вскоре рассеянно замолчал и машинально пошел со мной рядом. Всё это дело еще больно лежало у меня на сердце, и мне показалось, что Петров мне кое-что разъяснит.
— Скажите, Петров, — спросил я его, — ваши на нас не сердятся?
Но особенно остался мне в памяти вид Петрова в эту минуту.
Вот здесь, в этом углу, проживал в плену наш орел; вот здесь встречал меня часто Петров.
Выдержки из русской классики со словом «петров»
Красуйся, град Петров, и стой
Неколебимо, как Россия,
Да умирится же с тобой
И побежденная стихия;
Вражду и плен старинный свой
Пусть волны финские забудут
И тщетной злобою не будут
Тревожить вечный сон Петра!
Неколебимо, как Россия,
Да умирится же с тобой
И побежденная стихия;
Вражду и плен старинный свой
Пусть волны финские забудут
И тщетной злобою не будут
Тревожить вечный сон Петра!
Слесарша. Слесарша, здешняя мещанка, Февронья Петрова Пошлепкина, отец мой…
Был грубый, непокладистый
У нас мужик Агап Петров,
Он много нас корил:
«Ай, мужики!
У нас мужик Агап Петров,
Он много нас корил:
«Ай, мужики!
Своими вздохами, нытьем, своими темными очками на бледном, маленьком лице, — знаете, маленьком лице, как у хорька, — он давил нас всех, и мы уступали, сбавляли Петрову и Егорову балл по поведению, сажали их под арест и в конце концов исключали и Петрова и Егорова.
Пьер только не знал того, что там, где ему подносили хлеб-соль и строили придел Петра и Павла, было торговое село и ярмарка в Петров день, что придел уже строился давно богачами мужиками, села, теми, которые явились к нему, а что девять десятых мужиков этого села были в величайшем разорении.
Синонимы к слову «Петров»
Предложения со словом «петров»
- Петров день в некоторых северных деревнях называли даже «гулящев день», то есть день, когда последний раз можно от души повеселиться.
- Крымская степь безотрадная, глазом необъятная гладь, летом высыхающая и трескающаяся, как битые черепки глиняной посуды, бурая от глины, седая от солончаков, покрытая бурыми пыльными бурьянами, колючим «кураем», татарками, ворсильною шишкою, петровым батогом, вся седеющая жидким бородатым ковылём…
- Известно, что в «гнезде петровом» находилось довольно большое количество немцев.
- (все предложения)
Значение слова «петров»
Петров () — распространённая русская и болгарская фамилия, образованная от имени Пётр. В списке общерусских фамилий занимает 10-е место. Известные носители: (Википедия)
Отправить комментарий
Значение слова «петров»
Петров () — распространённая русская и болгарская фамилия, образованная от имени Пётр. В списке общерусских фамилий занимает 10-е место. Известные носители:
Все значения слова «петров»Предложения со словом «петров»
Петров день в некоторых северных деревнях называли даже «гулящев день», то есть день, когда последний раз можно от души повеселиться.
Крымская степь безотрадная, глазом необъятная гладь, летом высыхающая и трескающаяся, как битые черепки глиняной посуды, бурая от глины, седая от солончаков, покрытая бурыми пыльными бурьянами, колючим «кураем», татарками, ворсильною шишкою, петровым батогом, вся седеющая жидким бородатым ковылём…
Известно, что в «гнезде петровом» находилось довольно большое количество немцев.
- (все предложения)