Неточные совпадения
— Рассудите сами, Григорий Васильевич, — ровно и степенно, сознавая победу, но как бы и великодушничая с разбитым противником, продолжал Смердяков, — рассудите сами, Григорий Васильевич: ведь сказано же
в Писании, что коли имеете веру хотя бы на самое малое даже зерно и притом скажете сей горе, чтобы
съехала в море, то и
съедет, нимало не медля, по первому же вашему приказанию.
Что же, Григорий Васильевич, коли я неверующий, а вы столь верующий, что меня беспрерывно даже ругаете, то попробуйте сами-с сказать сей горе, чтобы не то чтобы
в море (потому что до моря отсюда далеко-с), но даже хоть
в речку нашу вонючую
съехала, вот что у нас за садом течет, то и увидите сами
в тот же момент, что ничего не съедет-с, а все останется
в прежнем порядке и целости, сколько бы вы ни кричали-с.
А надо заметить, что жил я тогда уже не на прежней квартире, а как только подал
в отставку,
съехал на другую и нанял у одной старой женщины, вдовы чиновницы, и с ее прислугой, ибо и переезд-то мой на сию квартиру произошел лишь потому только, что я Афанасия
в тот же день, как с поединка воротился, обратно
в роту препроводил, ибо стыдно было
в глаза ему глядеть после давешнего моего с ним поступка — до того наклонен стыдиться неприготовленный мирской человек даже иного справедливейшего своего дела.
И вот только что
съезжает со двора Иван Федорович, как Смердяков, под впечатлением своего, так сказать, сиротства и своей беззащитности, идет за домашним делом
в погреб, спускается вниз по лестнице и думает: «Будет или не будет припадок, а что, коль сейчас придет?» И вот именно от этого настроения, от этой мнительности, от этих вопросов и схватывает его горловая спазма, всегда предшествующая падучей, и он летит стремглав без сознания на дно погреба.
Неточные совпадения
— Вот и Крестовая! — сказал мне штабс-капитан, когда мы
съехали в Чертову долину, указывая на холм, покрытый пеленою снега; на его вершине чернелся каменный крест, и мимо его вела едва-едва заметная дорога, по которой проезжают только тогда, когда боковая завалена снегом; наши извозчики объявили, что обвалов еще не было, и, сберегая лошадей, повезли нас кругом.
— Чтобы тотчас же духу вашего не было
в моей комнате; извольте
съезжать, и все между нами кончено! И как подумаю, что я же из кожи выбивался, ему излагал… целые две недели!..
— Как бы это устроить, чтоб… не
съезжать? —
в раздумье, про себя рассуждал Обломов.
— Вот-с,
в контракте сказано, — говорил Иван Матвеевич, показывая средним пальцем две строки и спрятав палец
в рукав, — извольте прочесть: «Буде же я, Обломов, пожелаю прежде времени
съехать с квартиры, то обязан передать ее другому лицу на тех же условиях или,
в противном случае, удовлетворить ее, Пшеницыну, сполна платою за весь год, по первое июня будущего года», прочитал Обломов.
Однажды, воротясь поздно из театра, он с извозчиком стучал почти час
в ворота; собака, от скаканья на цепи и лая, потеряла голос. Он иззяб и рассердился, объявив, что
съедет на другой же день. Но и другой, и третий день, и неделя прошла — он еще не
съезжал.