Неточные совпадения
К тому же так случилось, что
родня ребенка по
матери тоже как бы забыла о нем в первое время.
Батюшки, голубчики, не попрекайте
мать родную!
Простите, батюшки, простите, голубчики,
мать родную, простите меня, совсем одинокую, а и чего вам мой воздух противен стал!
«Благороднейший Кузьма Кузьмич, вероятно, слыхал уже не раз о моих контрах с отцом моим, Федором Павловичем Карамазовым, ограбившим меня по наследству после
родной моей
матери… так как весь город уже трещит об этом… потому что здесь все трещат об том, чего не надо…
— Да ведь он же мне двоюродный брат. Моя
мать с его
матерью родные сестры. Он только все молил меня никому про то здесь не сказывать, стыдился меня уж очень.
Там молодой герой, обвешанный крестами за храбрость, разбойнически умерщвляет на большой дороге
мать своего вождя и благодетеля и, подговаривая своих товарищей, уверяет, что „она любит его как
родного сына, и потому последует всем его советам и не примет предосторожностей“.
Он обсчитывает
родного сына и на его же деньги, на наследство
матери его, которые не хочет отдать ему, отбивает у него, у сына же своего, любовницу.
В нем, кажется мне, как бы бессознательно, и так рано, выразилось то робкое отчаяние, с которым столь многие теперь в нашем бедном обществе, убоясь цинизма и разврата его и ошибочно приписывая все зло европейскому просвещению, бросаются, как говорят они, к «
родной почве», так сказать, в материнские объятия
родной земли, как дети, напуганные призраками, и у иссохшей груди расслабленной
матери жаждут хотя бы только спокойно заснуть и даже всю жизнь проспать, лишь бы не видеть их пугающих ужасов.
Она русская, вся до косточки русская, она по
матери родной земле затоскует, и я буду видеть каждый час, что это она для меня тоскует, для меня такой крест взяла, а чем она виновата?
«Зачем я написал: как
родную мать? ее ведь здесь нет, так не нужно было и поминать ее; правда, я бабушку люблю, уважаю, но все она не то… зачем я написал это, зачем я солгал? Положим, это стихи, да все-таки не нужно было».
Катерина. Для меня, маменька, все одно, что
родная мать, что ты, да и Тихон тоже тебя любит.
Лонгрен, матрос «Ориона», крепкого трехсоттонного брига [Бриг — двухмачтовое парусное судно с прямым парусным вооружением на обеих мачтах.], на котором он прослужил десять лет и к которому был привязан сильнее, чем иной сын к
родной матери, должен был наконец покинуть эту службу.
— Ах, Татьяна Марковна, я вам так благодарна, так благодарна! Вы лучше родной — и Николая моего избаловали до того, что этот поросенок сегодня мне вдруг дорогой слил пулю: «Татьяна Марковна, говорит, любит меня больше
родной матери!» Хотела я ему уши надрать, да на козлы ушел от меня и так гнал лошадей, что я всю дорогу дрожала от страху.
— Так-то, брат кобылочка… Нету Кузьмы Ионыча… Приказал долго жить… Взял и помер зря… Таперя, скажем, у тебя жеребеночек, и ты этому жеребеночку
родная мать… И вдруг, скажем, этот самый жеребеночек приказал долго жить… Ведь жалко?
Неточные совпадения
Итак, она звалась Татьяной. // Ни красотой сестры своей, // Ни свежестью ее румяной // Не привлекла б она очей. // Дика, печальна, молчалива, // Как лань лесная, боязлива, // Она в семье своей
родной // Казалась девочкой чужой. // Она ласкаться не умела // К отцу, ни к
матери своей; // Дитя сама, в толпе детей // Играть и прыгать не хотела // И часто целый день одна // Сидела молча у окна.
— Настасья Петровна? хорошее имя Настасья Петровна. У меня тетка
родная, сестра моей
матери, Настасья Петровна.
— Я сегодня
родных бросил, — сказал он, —
мать и сестру. Я не пойду к ним теперь. Я там все разорвал.
— И всего только одну неделю быть им дома? — говорила жалостно, со слезами на глазах, худощавая старуха
мать. — И погулять им, бедным, не удастся; не удастся и дому
родного узнать, и мне не удастся наглядеться на них!
— Вот еще что выдумал! — говорила
мать, обнимавшая между тем младшего. — И придет же в голову этакое, чтобы дитя
родное било отца. Да будто и до того теперь: дитя молодое, проехало столько пути, утомилось (это дитя было двадцати с лишком лет и ровно в сажень ростом), ему бы теперь нужно опочить и поесть чего-нибудь, а он заставляет его биться!