Неточные совпадения
— Позвольте же повторить вопрос в таком случае, — как-то подползая, продолжал Николай Парфенович. — Откуда же вы могли разом достать такую
сумму, когда, по собственному признанию вашему, еще в пять часов того
дня…
Затем последовал уже целый ряд писем, по письму в
день, все так же важных и витиеватых, но в которых
сумма, просимая взаймы, постепенно спускаясь, дошла до ста рублей, до двадцати пяти, до десяти рублей, и наконец вдруг Грушенька получила письмо, в котором оба пана просили у ней один только рубль и приложили расписку, на которой оба и подписались.
Вот в этом и
дело: не в трех тысячах, не в
сумме собственно заключался предмет постоянного и исступленного озлобления подсудимого, а в том, что была тут особая причина, возбуждавшая его гнев.
Неточные совпадения
На другой же
день пугнул он всех до одного, потребовал отчеты, увидел недочеты, на каждом шагу недостающие
суммы, заметил в ту же минуту дома красивой гражданской архитектуры, и пошла переборка.
Мрачились их
дни, но ненадолго. Неудачи в
делах, утрата значительной
суммы денег — все это едва коснулось их. Это стоило им лишних хлопот, разъездов, потом скоро забылось.
— Нет, нет, Боже сохрани! Все испортишь, кум: скажет, что принудили, пожалуй, упомянет про побои, уголовное
дело. Нет, это не годится! А вот что можно; предварительно закусить с ним и выпить; он смородиновку-то любит. Как в голове зашумит, ты и мигни мне: я и войду с письмецом-то. Он и не посмотрит
сумму, подпишет, как тогда контракт, а после поди, как у маклера будет засвидетельствовано, допрашивайся! Совестно будет этакому барину сознаваться, что подписал в нетрезвом виде; законное
дело!
На четвертый
день за губернским столом шла поверка губернских
сумм.
Губернский предводитель, в руках которого по закону находилось столько важных общественных
дел, — и опеки (те самые, от которых страдал теперь Левин), и дворянские огромные
суммы, и гимназии женская, мужская и военная, и народное образование по новому положению, и наконец земство, — губернский предводитель Снетков был человек старого дворянского склада, проживший огромное состояние, добрый человек, честный в своем роде, но совершенно не понимавший потребностей нового времени.