Неточные совпадения
Случилось
так, что и генеральша скоро после того умерла, но выговорив, однако, в завещании обоим малюткам по тысяче рублей каждому «на их обучение, и чтобы все эти деньги
были на них истрачены непременно, но с тем, чтобы хватило вплоть до совершеннолетия, потому что слишком довольно и
такой подачки для этаких детей, а если кому угодно, то
пусть сам раскошеливается», и проч., и проч.
Пусть я проклят,
пусть я низок и подл, но
пусть и я целую край той ризы, в которую облекается Бог мой;
пусть я иду в то же самое время вслед за чертом, но я все-таки и твой сын, Господи, и люблю тебя, и ощущаю радость, без которой нельзя миру стоять и
быть.
Но
пусть,
пусть так и
будет, и черт дери всех шпионов сердца человеческого!
Ты мне вот что скажи, ослица:
пусть ты пред мучителями прав, но ведь ты сам-то в себе все же отрекся от веры своей и сам же говоришь, что в тот же час
был анафема проклят, а коли раз уж анафема,
так тебя за эту анафему по головке в аду не погладят.
— Ба! А ведь, пожалуй, ты прав. Ах, я ослица, — вскинулся вдруг Федор Павлович, слегка ударив себя по лбу. — Ну,
так пусть стоит твой монастырек, Алешка, коли
так. А мы, умные люди,
будем в тепле сидеть да коньячком пользоваться. Знаешь ли, Иван, что это самим Богом должно
быть непременно нарочно
так устроено? Иван, говори:
есть Бог или нет? Стой: наверно говори, серьезно говори! Чего опять смеешься?
Да
так уж и
быть, а затем
пусть как Бог пошлет; может, я вам полная раба
буду и во всем пожелаю вам рабски угодить.
Как Бог положит,
пусть так оно и
будет безо всяких между собой сговоров и обещаний.
Пусть я не верю в порядок вещей, но дороги мне клейкие, распускающиеся весной листочки, дорого голубое небо, дорог иной человек, которого иной раз, поверишь ли, не знаешь за что и любишь, дорог иной подвиг человеческий, в который давно уже, может
быть, перестал и верить, а все-таки по старой памяти чтишь его сердцем.
— Прими хоть последнее, — рассмеялся Иван, — если уж тебя
так разбаловал современный реализм и ты не можешь вынести ничего фантастического — хочешь qui pro quo, то
пусть так и
будет.
— Да стой, стой, — смеялся Иван, — как ты разгорячился. Фантазия, говоришь ты,
пусть! Конечно, фантазия. Но позволь, однако: неужели ты в самом деле думаешь, что все это католическое движение последних веков
есть и в самом деле одно лишь желание власти для одних только грязных благ? Уж не отец ли Паисий
так тебя учит?
— «Мама, радость моя, говорит, нельзя, чтобы не
было господ и слуг, но
пусть же и я
буду слугой моих слуг,
таким же, каким и они мне.
Пусть этот ропот юноши моего
был легкомыслен и безрассуден, но опять-таки, в третий раз повторяю (и согласен вперед, что, может
быть, тоже с легкомыслием): я рад, что мой юноша оказался не столь рассудительным в
такую минуту, ибо рассудку всегда придет время у человека неглупого, а если уж и в
такую исключительную минуту не окажется любви в сердце юноши, то когда же придет она?
— Понимаю, понял и оценил, и еще более ценю настоящую вашу доброту со мной, беспримерную, достойную благороднейших душ. Мы тут трое сошлись люди благородные, и
пусть все у нас
так и
будет на взаимном доверии образованных и светских людей, связанных дворянством и честью. Во всяком случае, позвольте мне считать вас за лучших друзей моих в эту минуту жизни моей, в эту минуту унижения чести моей! Ведь не обидно это вам, господа, не обидно?
— Стойте, — перебил вдруг Митя и с каким-то неудержимым чувством произнес, обращаясь ко всем в комнате: — Господа, все мы жестоки, все мы изверги, все плакать заставляем людей, матерей и грудных детей, но из всех —
пусть уж
так будет решено теперь — из всех я самый подлый гад!
Приходит он в три дня раз, а не каждый день (хотя
пусть бы и каждый день), и всегда
так хорошо одет, и вообще я люблю молодежь, Алеша, талантливую, скромную, вот как вы, а у него почти государственный ум, он
так мило говорит, и я непременно, непременно
буду просить за него.
Нет,
пусть они его простят; это
так гуманно, и чтобы видели благодеяние новых судов, а я-то и не знала, а говорят, это уже давно, и как я вчера узнала, то меня это
так поразило, что я тотчас же хотела за вами послать; и потом, коли его простят, то прямо его из суда ко мне обедать, а я созову знакомых, и мы
выпьем за новые суды.
«
Пусть, говорит, ты шел из гордости, но ведь все же
была и надежда, что уличат Смердякова и сошлют в каторгу, что Митю оправдают, а тебя осудят лишь нравственно (слышишь, он тут смеялся!), а другие
так и похвалят.
Но
пусть,
пусть это
так и
было: в том-то де и тонкость психологии, что при
таких обстоятельствах я сейчас же кровожаден и зорок, как кавказский орел, а в следующую минуту слеп и робок, как ничтожный крот.
Ну и
пусть, я тоже не стану дотрогиваться, но, однако, позволю себе лишь заметить, что если чистая и высоконравственная особа, какова бесспорно и
есть высокоуважаемая госпожа Верховцева, если
такая особа, говорю я, позволяет себе вдруг, разом, на суде, изменить первое свое показание, с прямою целью погубить подсудимого, то ясно и то, что это показание ее
было сделано не беспристрастно, не хладнокровно.
Я ни на йоту не отступаю от сказанного мною сейчас, но уж
пусть,
так и
быть,
пусть на минуту и я соглашусь с обвинением, что несчастный клиент мой обагрил свои руки в крови отца.
Пусть он обманул отца знаками,
пусть он проник к нему — я сказал уже, что ни на одну минуту не верю этой легенде, но
пусть,
так и
быть, предположим ее на одну минуту!
— Стыдно, позорно
было бы не оправдать! — восклицал чиновник. —
Пусть он убил, но ведь отец и отец! И наконец, он
был в
таком исступлении… Он действительно мог только махнуть пестом, и тот повалился. Плохо только, что лакея тут притянули. Это просто смешной эпизод. Я бы на месте защитника
так прямо и сказал: убил, но не виновен, вот и черт с вами!
— Любовь прошла, Митя! — начала опять Катя, — но дорого до боли мне то, что прошло. Это узнай навек. Но теперь, на одну минутку,
пусть будет то, что могло бы
быть, — с искривленною улыбкой пролепетала она, опять радостно смотря ему в глаза. — И ты теперь любишь другую, и я другого люблю, а все-таки тебя вечно
буду любить, а ты меня, знал ли ты это? Слышишь, люби меня, всю твою жизнь люби! — воскликнула она с каким-то почти угрожающим дрожанием в голосе.
Неточные совпадения
А между тем в существе своем Андрей Иванович
был не то доброе, не то дурное существо, а просто — коптитель неба.
Так как уже немало
есть на белом свете людей, коптящих небо, то почему же и Тентетникову не коптить его? Впрочем, вот в немногих словах весь журнал его дня, и
пусть из него судит читатель сам, какой у него
был характер.
— Да вот, ваше превосходительство, как!.. — Тут Чичиков осмотрелся и, увидя, что камердинер с лоханкою вышел, начал
так: —
Есть у меня дядя, дряхлый старик. У него триста душ и, кроме меня, наследников никого. Сам управлять именьем, по дряхлости, не может, а мне не передает тоже. И какой странный приводит резон: «Я, говорит, племянника не знаю; может
быть, он мот.
Пусть он докажет мне, что он надежный человек,
пусть приобретет прежде сам собой триста душ, тогда я ему отдам и свои триста душ».
— Черта лысого получишь! хотел
было, даром хотел отдать, но теперь вот не получишь же! Хоть три царства давай, не отдам.
Такой шильник, [Шильник — плут.] печник гадкий! С этих пор с тобой никакого дела не хочу иметь. Порфирий, ступай скажи конюху, чтобы не давал овса лошадям его,
пусть их
едят одно сено.
Ведь они вас поносят, как человека честолюбивого, гордого, который и слышать ничего не хочет, уверен в себе, —
так пусть же увидят всё, как оно
есть.
— И прекрасно, Дунечка. Ну, уж как вы там решили, — прибавила Пульхерия Александровна, —
так уж
пусть и
будет. А мне и самой легче: не люблю притворяться и лгать; лучше
будем всю правду говорить… Сердись, не сердись теперь Петр Петрович!