Неточные совпадения
Странное же и мгновенное исцеление беснующейся и бьющейся женщины, только лишь, бывало, ее подведут к дарам, которое объясняли мне притворством и сверх того
фокусом, устраиваемым чуть ли
не самими «клерикалами», происходило, вероятно, тоже самым натуральным образом, и подводившие ее к дарам бабы, а главное, и сама больная, вполне веровали, как установившейся истине, что нечистый дух, овладевший больною, никогда
не может вынести, если ее, больную, подведя к дарам, наклонят пред ними.
— Так я и знал, что он тебе это
не объяснит. Мудреного тут, конечно, нет ничего, одни бы, кажись, всегдашние благоглупости. Но
фокус был проделан нарочно. Вот теперь и заговорят все святоши в городе и по губернии разнесут: «Что, дескать, сей сон означает?» По-моему, старик действительно прозорлив: уголовщину пронюхал. Смердит у вас.
— Фокусик, фокус-покус такой, — все шептал штабс-капитан; рот его скривился на левую сторону, левый глаз прищурился, он,
не отрываясь, все смотрел на Алешу, точно приковался к нему.
Неточные совпадения
— Люблю есть, — говорила она с набитым ртом. — Французы
не едят, они — фокусничают. У них везде
фокусы: в костюмах, стихах, в любви.
Вечером — в нелепом сарае Винтергартена — он подозрительно наблюдал, как на эстраде два эксцентрика изощряются в комических попытках нарушить обычное. В глумливых
фокусах этих ловких людей было что-то явно двусмысленное, — публика
не смеялась, и можно было думать, что серьезность, с которой они извращали общепринятое, обижает людей.
«Миниатюрное олицетворение Калибана, — думал Самгин, шагая по панели. — Выскочка.
Не находит места себе, отсюда все эти его
фокусы. Его роль — слесарь-водопроводчик. Ватерклозеты ремонтировать. Ну, наконец — приказчик в бакалейной лавке. А он желает играть в политику».
— Замок, конечно, сорван, а — кто виноват? Кроме пастуха да каких-нибудь старичков, старух, которые на печках смерти ждут, — весь мир виноват, от мала до велика. Всю деревню, с детями, с бабами, ведь
не загоните в тюрьму, господин? Вот в этом и
фокус: бунтовать — бунтовали, а виноватых — нету! Ну, теперь идемте…
— Наш народ — самый свободный на земле. Он ничем
не связан изнутри. Действительности —
не любит. Он — штучки любит,
фокусы. Колдунов и чудодеев. Блаженненьких. Он сам такой — блаженненький. Он завтра же может магометанство принять — на пробу. Да, на пробу-с! Может сжечь все свои избы и скопом уйти в пустыни, в пески, искать Опоньское царство.