Неточные совпадения
Теперь они приехали вдруг опять, хотя и знали, что старец почти уже
не может вовсе никого принимать, и, настоятельно умоляя, просили еще раз «счастья
узреть великого исцелителя».
Но предрекаю, что в ту даже самую минуту, когда вы будете с ужасом смотреть на то, что, несмотря на все ваши усилия, вы
не только
не подвинулись к цели, но даже как бы от нее удалились, — в ту самую минуту, предрекаю вам это, вы вдруг и достигнете цели и
узрите ясно над собою чудодейственную силу Господа, вас все время любившего и все время таинственно руководившего.
Плод полей и грозды сладки
Не блистают на пирах;
Лишь дымятся тел остатки
На кровавых алтарях.
И куда печальным оком
Там Церера ни глядит —
В унижении глубоком
Человека всюду
зрит!
— То ли еще
узрим, то ли еще
узрим! — повторили кругом монахи, но отец Паисий, снова нахмурившись, попросил всех хотя бы до времени вслух о сем
не сообщать никому, «пока еще более подтвердится, ибо много в светских легкомыслия, да и случай сей мог произойти естественно», — прибавил он осторожно, как бы для очистки совести, но почти сам
не веруя своей оговорке, что очень хорошо усмотрели и слушавшие.
Кто же уверовал в народ Божий, тот
узрит и святыню его, хотя бы и сам
не верил в нее до того вовсе.
Да и многое из самых сильных чувств и движений природы нашей мы пока на земле
не можем постичь,
не соблазняйся и сим и
не думай, что сие в чем-либо может тебе служить оправданием, ибо спросит с тебя судия вечный то, что ты мог постичь, а
не то, чего
не мог, сам убедишься в том, ибо тогда все
узришь правильно и спорить уже
не станешь.
Ибо
зрит ясно и говорит себе уже сам: «Ныне уже знание имею и хоть возжаждал любить, но уже подвига
не будет в любви моей,
не будет и жертвы, ибо кончена жизнь земная и
не придет Авраам хоть каплею воды живой (то есть вновь даром земной жизни, прежней и деятельной) прохладить пламень жажды любви духовной, которою пламенею теперь, на земле ее пренебрегши; нет уже жизни, и времени более
не будет!
— Господи, чуть
не убил! Чего
зря шагаешь, сорванец!
Слишком помнили, как он недели три-четыре назад забрал точно так же разом всякого товару и вин на несколько сот рублей чистыми деньгами (в кредит-то бы ему ничего, конечно,
не поверили), помнили, что так же, как и теперь, в руках его торчала целая пачка радужных и он разбрасывал их
зря,
не торгуясь,
не соображая и
не желая соображать, на что ему столько товару, вина и проч.?
— Правда это, батюшка Дмитрий Федорович, это вы правы, что
не надо человека давить, тоже и мучить, равно как и всякую тварь, потому всякая тварь — она тварь созданная, вот хоть бы лошадь, потому другой ломит
зря, хоша бы и наш ямщик… И удержу ему нет, так он и прет, прямо тебе так и прет.
— Больше тысячи пошло на них, Митрий Федорович, — твердо опроверг Трифон Борисович, — бросали
зря, а они подымали. Народ-то ведь этот вор и мошенник, конокрады они, угнали их отселева, а то они сами, может, показали бы, скольким от вас поживились. Сам я в руках у вас тогда сумму видел — считать
не считал, вы мне
не давали, это справедливо, а на глаз, помню, многим больше было, чем полторы тысячи… Куды полторы! Видывали и мы деньги, могим судить…
Ведь кто украл, тот руки своей
не оставил, где же его поймать, вора-то-с, когда сами
зря разбрасывали!
Правда, но кричал он тогда, когда еще
не было планов и преднамерения, а лишь стояло одно желание,
созревало лишь стремление.
Видит теперь все ясно текущее поколение, дивится заблужденьям, смеется над неразумием своих предков,
не зря, что небесным огнем исчерчена сия летопись, что кричит в ней каждая буква, что отвсюду устремлен пронзительный перст на него же, на него, на текущее поколение; но смеется текущее поколение и самонадеянно, гордо начинает ряд новых заблуждений, над которыми также потом посмеются потомки.
Неточные совпадения
Он весел был. Чрез две недели // Назначен был счастливый срок. // И тайна брачныя постели // И сладостной любви венок // Его восторгов ожидали. // Гимена хлопоты, печали, // Зевоты хладная чреда // Ему
не снились никогда. // Меж тем как мы, враги Гимена, // В домашней жизни
зрим один // Ряд утомительных картин, // Роман во вкусе Лафонтена… // Мой бедный Ленский, сердцем он // Для оной жизни был рожден.
Мои богини! что вы? где вы? // Внемлите мой печальный глас: // Всё те же ль вы? другие ль девы, // Сменив,
не заменили вас? // Услышу ль вновь я ваши хоры? //
Узрю ли русской Терпсихоры // Душой исполненный полет? // Иль взор унылый
не найдет // Знакомых лиц на сцене скучной, // И, устремив на чуждый свет // Разочарованный лорнет, // Веселья зритель равнодушный, // Безмолвно буду я зевать // И о былом воспоминать?
Блажен, кто смолоду был молод, // Блажен, кто вовремя
созрел, // Кто постепенно жизни холод // С летами вытерпеть умел; // Кто странным снам
не предавался, // Кто черни светской
не чуждался, // Кто в двадцать лет был франт иль хват, // А в тридцать выгодно женат; // Кто в пятьдесят освободился // От частных и других долгов, // Кто славы, денег и чинов // Спокойно в очередь добился, // О ком твердили целый век: // N. N. прекрасный человек.
Бивал он ее под конец; а она хоть и
не спускала ему, о чем мне доподлинно и по документам известно, но до сих пор вспоминает его со слезами и меня им корит, и я рад, я рад, ибо хотя в воображениях своих
зрит себя когда-то счастливой…
Звонить
зря было нечего, да ему и
не к фигуре.