Неточные совпадения
Неутешная супруга Ефима Петровича, почти тотчас же по
смерти его, отправилась на долгий срок в Италию со всем семейством, состоявшим все из особ женского пола, а Алеша попал в дом к каким-то двум дамам, которых он прежде никогда и
не видывал, каким-то дальним родственницам Ефима Петровича, но на каких условиях, он сам того
не знал.
Знай, однако, что никогда ты
не был ближе от
смерти.
«Ты сама баба
не промах, — сказал он ей, отделяя ей тысяч с восемь, — сама и орудуй, но
знай, что, кроме ежегодного содержания по-прежнему, до самой
смерти моей, больше ничего от меня
не получишь, да и в завещании ничего больше тебе
не отделю».
— А ведь если
знал про эти знаки и Смердяков, а вы радикально отвергаете всякое на себя обвинение в
смерти вашего родителя, то вот
не он ли, простучав условленные знаки, заставил вашего отца отпереть себе, а затем и… совершил преступление?
Я, разумеется, и
не претендовала на его частые визиты,
зная, сколько у него теперь и без того хлопот, — vous comprenez, cette affaire et la mort terrible de votre papa, [вы понимаете, это дело и ужасная
смерть вашего отца (фр.).] — только вдруг
узнаю, что он был опять, только
не у меня, а у Lise, это уже дней шесть тому, пришел, просидел пять минут и ушел.
— Брат, — прервал Алеша, замирая от страха, но все еще как бы надеясь образумить Ивана, — как же мог он говорить тебе про
смерть Смердякова до моего прихода, когда еще никто и
не знал о ней, да и времени
не было никому
узнать?
Однажды он пришел ко мне и говорит: если убил
не брат, а Смердяков (потому что эту басню пустили здесь все, что убил Смердяков), то, может быть, виновен и я, потому что Смердяков
знал, что я
не люблю отца, и, может быть, думал, что я желаю
смерти отца.
Рассматривая и ее как отвлеченное время, мы, в сущности, не встречаем логических препятствий к тому, чтобы раздвинуть это время в бесконечность, по крайней мере со стороны будущего, ибо это отвлеченное время ведь
не знает смерти, представляющей собой как бы конец самого времени.
Неточные совпадения
«Ну что, — думали чиновники, — если он
узнает только просто, что в городе их вот-де какие глупые слухи, да за это одно может вскипятить
не на жизнь, а на самую
смерть».
Я люблю сомневаться во всем: это расположение ума
не мешает решительности характера — напротив, что до меня касается, то я всегда смелее иду вперед, когда
не знаю, что меня ожидает. Ведь хуже
смерти ничего
не случится — а
смерти не минуешь!
Теперь я должен несколько объяснить причины, побудившие меня предать публике сердечные тайны человека, которого я никогда
не знал. Добро бы я был еще его другом: коварная нескромность истинного друга понятна каждому; но я видел его только раз в моей жизни на большой дороге; следовательно,
не могу питать к нему той неизъяснимой ненависти, которая, таясь под личиною дружбы, ожидает только
смерти или несчастия любимого предмета, чтоб разразиться над его головою градом упреков, советов, насмешек и сожалений.
Приезд его на Кавказ — также следствие его романтического фанатизма: я уверен, что накануне отъезда из отцовской деревни он говорил с мрачным видом какой-нибудь хорошенькой соседке, что он едет
не так, просто, служить, но что ищет
смерти, потому что… тут, он, верно, закрыл глаза рукою и продолжал так: «Нет, вы (или ты) этого
не должны
знать! Ваша чистая душа содрогнется! Да и к чему? Что я для вас! Поймете ли вы меня?..» — и так далее.
— Ну вот! — с отвращением отпарировал Свидригайлов, — сделайте одолжение,
не говорите об этом, — прибавил он поспешно и даже без всякого фанфаронства, которое выказывалось во всех прежних его словах. Даже лицо его как будто изменилось. — Сознаюсь в непростительной слабости, но что делать: боюсь
смерти и
не люблю, когда говорят о ней.
Знаете ли, что я мистик отчасти?