Это она великодушно утаила и не устыдилась выставить наружу, что это она, она сама, прибежала тогда к
молодому офицеру, своим собственным порывом, надеясь на что-то… чтобы выпросить у него денег.
Неточные совпадения
— Да какой же он
молодой, да и не
офицер он вовсе; нет, сударь, не ему, а миусовскому племяннику этому, молодому-то… вот только имя забыл.
Вот там
молодой блестящий
офицер высшего общества, едва начинающий свою жизнь и карьеру, подло, в тиши, безо всякого угрызения совести, зарезывает мелкого чиновника, отчасти бывшего своего благодетеля, и служанку его, чтобы похитить свой долговой документ, а вместе и остальные денежки чиновника: „пригодятся-де для великосветских моих удовольствий и для карьеры моей впереди“.
Но вот мальчик уже юноша, уже
молодой человек,
офицер; за буйные поступки и за вызов на поединок ссылают его в один из отдаленных пограничных городков нашей благодатной России.
— Пожалуй, рейнвейну, — сказал
молодой офицер, робко косясь на Вронского и стараясь поймать пальцами чуть отросшие усики. Видя, что Вронский не оборачивается, молодой офицер встал.
Беспрерывно погоняя ямщика, несся он туда, как
молодой офицер на сраженье: и страшно ему было, и весело, нетерпение его душило.
На другой день поутру я только что стал одеваться, как дверь отворилась, и ко мне вошел
молодой офицер невысокого роста, с лицом смуглым и отменно некрасивым, но чрезвычайно живым.
Француз, всё еще не веря своим ушам, протянул бумаги свои
молодому офицеру, который быстро их пересмотрел.
Неточные совпадения
Сосед, принадлежавший к фамилии отставных штаб-офицеров, брандеров, выражался о нем лаконическим выраженьем: «Естественнейший скотина!» Генерал, проживавший в десяти верстах, говорил: «
Молодой человек, неглупый, но много забрал себе в голову.
— Да, кажется, вот так: «Стройны, дескать, наши
молодые джигиты, и кафтаны на них серебром выложены, а
молодой русский
офицер стройнее их, и галуны на нем золотые. Он как тополь между ними; только не расти, не цвести ему в нашем саду». Печорин встал, поклонился ей, приложив руку ко лбу и сердцу, и просил меня отвечать ей, я хорошо знаю по-ихнему и перевел его ответ.
Раз, осенью, пришел транспорт с провиантом; в транспорте был
офицер,
молодой человек лет двадцати пяти.
На платформе раздалось Боже Царя храни, потом крики: ура! и живио! Один из добровольцев, высокий, очень
молодой человек с ввалившеюся грудью, особенно заметно кланялся, махая над головой войлочною шляпой и букетом. За ним высовывались, кланяясь тоже, два
офицера и пожилой человек с большой бородой в засаленной фуражке.
— Я не говорю
офицеры, просто два позавтракавшие
молодые человека…