Так что случай этот был, может быть, единственным в своем роде в жизни Федора Павловича, сладострастнейшего человека во всю свою жизнь, в один миг готового прильнуть к
какой угодно юбке, только бы та его поманила.
— Ну-с, признаюсь, вы меня теперь несколько ободрили, — усмехнулся Миусов, переложив опять ногу на ногу. — Сколько я понимаю, это, стало быть, осуществление какого-то идеала, бесконечно далекого, во втором пришествии. Это
как угодно. Прекрасная утопическая мечта об исчезновении войн, дипломатов, банков и проч. Что-то даже похожее на социализм. А то я думал, что все это серьезно и что церковь теперь, например, будет судить уголовщину и приговаривать розги и каторгу, а пожалуй, так и смертную казнь.
Но, может быть, это было вовсе не активное сообщество со стороны Смердякова, а, так сказать, пассивное и страдальческое: может быть, запуганный Смердяков согласился лишь не сопротивляться убийству и, предчувствуя, что его же ведь обвинят, что он дал убить барина, не кричал, не сопротивлялся, — заранее выговорил себе у Дмитрия Карамазова позволение пролежать это время как бы в падучей, «а ты там убивай себе
как угодно, моя изба с краю».
Неточные совпадения
— Отец игумен в настоящий час занят, но
как вам будет
угодно… — нерешительно произнес монах.
— Что ж? Ведь я когда кончу там, то опять приду, и мы опять можем говорить сколько вам будет
угодно. А мне очень хотелось бы видеть поскорее Катерину Ивановну, потому что я во всяком случае очень хочу
как можно скорей воротиться сегодня в монастырь.
— О нет, напротив, он сделает все, что вам будет
угодно и
как вам будет
угодно!
— Достанет, достанет! — воскликнул Алеша, — Катерина Ивановна вам пришлет еще, сколько
угодно, и знаете ли, у меня тоже есть деньги, возьмите сколько вам надо,
как от брата,
как от друга, потом отдадите…
Это именно вот в таком виде он должен был все это унижение почувствовать, а тут
как раз я эту ошибку сделал, очень важную: я вдруг и скажи ему, что если денег у него недостанет на переезд в другой город, то ему еще дадут, и даже я сам ему дам из моих денег сколько
угодно.
— Кто это мне под голову подушку принес? Кто был такой добрый человек! — воскликнул он с каким-то восторженным, благодарным чувством и плачущим каким-то голосом, будто и бог знает
какое благодеяние оказали ему. Добрый человек так потом и остался в неизвестности, кто-нибудь из понятых, а может быть, и писарек Николая Парфеновича распорядились подложить ему подушку из сострадания, но вся душа его
как бы сотряслась от слез. Он подошел к столу и объявил, что подпишет все что
угодно.
— Это коли все равны, у всех одно общее имение, нет браков, а религия и все законы
как кому
угодно, ну и там все остальное. Ты еще не дорос до этого, тебе рано. Холодно, однако.
Похоже было на то, что джентльмен принадлежит к разряду бывших белоручек-помещиков, процветавших еще при крепостном праве; очевидно, видавший свет и порядочное общество, имевший когда-то связи и сохранивший их, пожалуй, и до сих пор, но мало-помалу с обеднением после веселой жизни в молодости и недавней отмены крепостного права обратившийся вроде
как бы в приживальщика хорошего тона, скитающегося по добрым старым знакомым, которые принимают его за уживчивый складный характер, да еще и ввиду того, что все же порядочный человек, которого даже и при ком
угодно можно посадить у себя за стол, хотя, конечно, на скромное место.
Ну, это
как ему
угодно, я же совершенно напротив.
Но так
как, ввиду закоренелой глупости человеческой, это, пожалуй, еще и в тысячу лет не устроится, то всякому, сознающему уже и теперь истину, позволительно устроиться совершенно
как ему
угодно, на новых началах.
Неточные совпадения
Гм! гм! Читатель благородный, // Здорова ль ваша вся родня? // Позвольте: может быть,
угодно // Теперь узнать вам от меня, // Что значит именно родные. // Родные люди вот
какие: // Мы их обязаны ласкать, // Любить, душевно уважать // И, по обычаю народа, // О Рождестве их навещать // Или по почте поздравлять, // Чтоб остальное время года // Не думали о нас они… // Итак, дай Бог им долги дни!
— Управитель так и оторопел, говорит: «Что вам
угодно?» — «А! говорят, так вот ты
как!» И вдруг, с этим словом, перемена лиц и физиогномии… «За делом! Сколько вина выкуривается по именью? Покажите книги!» Тот сюды-туды. «Эй, понятых!» Взяли, связали, да в город, да полтора года и просидел немец в тюрьме.
— Да никакого толку не добьетесь, — сказал проводник, — у нас бестолковщина. У нас всем, изволите видеть, распоряжается комиссия построения, отрывает всех от дела, посылает куды
угодно. Только и выгодно у нас, что в комиссии построения. — Он,
как видно, был недоволен на комиссию построенья. — У нас так заведено, что все водят за нос барина. Он думает, что всё-с
как следует, а ведь это названье только одно.
В ту же минуту он предлагал вам ехать куда
угодно, хоть на край света, войти в
какое хотите предприятие, менять все что ни есть на все, что хотите.
Доктор согласился быть моим секундантом; я дал ему несколько наставлений насчет условий поединка; он должен был настоять на том, чтобы дело обошлось
как можно секретнее, потому что хотя я когда
угодно готов подвергать себя смерти, но нимало не расположен испортить навсегда свою будущность в здешнем мире.