Неточные совпадения
—
На чердак каждый день лазею-с, могу и завтра упасть с чердака. А не с чердака, так в
погреб упаду-с, в
погреб тоже каждый день хожу-с, по своей надобности-с.
Приключился ли с ним припадок в ту минуту, когда он сходил по ступенькам вниз, так что он, конечно, тотчас же и должен был слететь вниз в бесчувствии, или, напротив, уже от падения и от сотрясения произошел у Смердякова, известного эпилептика, его припадок — разобрать нельзя было, но нашли его уже
на дне
погреба, в корчах и судорогах, бьющимся и с пеной у рта.
Думали сначала, что он наверно сломал себе что-нибудь, руку или ногу, и расшибся, но, однако, «сберег Господь», как выразилась Марфа Игнатьевна: ничего такого не случилось, а только трудно было достать его и вынести из
погреба на свет Божий.
— Что поведут? Ты не виляй! Ведь вот ты же предсказал, что с тобой падучая будет тотчас, как в
погреб полезешь? Прямо так
на погреб и указал.
И вот только что съезжает со двора Иван Федорович, как Смердяков, под впечатлением своего, так сказать, сиротства и своей беззащитности, идет за домашним делом в
погреб, спускается вниз по лестнице и думает: «Будет или не будет припадок, а что, коль сейчас придет?» И вот именно от этого настроения, от этой мнительности, от этих вопросов и схватывает его горловая спазма, всегда предшествующая падучей, и он летит стремглав без сознания
на дно
погреба.
Неточные совпадения
Но мы, ребята без печали, // Среди заботливых купцов, // Мы только устриц ожидали // От цареградских берегов. // Что устрицы? пришли! О радость! // Летит обжорливая младость // Глотать из раковин морских // Затворниц жирных и живых, // Слегка обрызнутых лимоном. // Шум, споры — легкое вино // Из
погребов принесено //
На стол услужливым Отоном; // Часы летят, а грозный счет // Меж тем невидимо растет.
Татьяна любопытным взором //
На воск потопленный глядит: // Он чудно вылитым узором // Ей что-то чудное гласит; // Из блюда, полного водою, // Выходят кольца чередою; // И вынулось колечко ей // Под песенку старинных дней: // «Там мужички-то всё богаты, //
Гребут лопатой серебро; // Кому поем, тому добро // И слава!» Но сулит утраты // Сей песни жалостный напев; // Милей кошурка сердцу дев.
Вода прибывает, — подумал он, — к утру хлынет, там, где пониже место,
на улицы, зальет подвалы и
погреба, всплывут подвальные крысы, и среди дождя и ветра люди начнут, ругаясь, мокрые, перетаскивать свой сор в верхние этажи…
Знаю, подло завелось теперь
на земле нашей; думают только, чтобы при них были хлебные стоги, скирды да конные табуны их, да были бы целы в
погребах запечатанные меды их.
Немалая река Днестр, и много
на ней заводьев, речных густых камышей, отмелей и глубокодонных мест; блестит речное зеркало, оглашенное звонким ячаньем лебедей, и гордый гоголь быстро несется по нем, и много куликов, краснозобых курухтанов и всяких иных птиц в тростниках и
на прибрежьях. Козаки живо плыли
на узких двухрульных челнах, дружно
гребли веслами, осторожно минали отмели, всполашивая подымавшихся птиц, и говорили про своего атамана.