Неточные совпадения
Вот если вы не согласитесь с этим последним тезисом и ответите: «Не так» или «не всегда так», то я, пожалуй, и ободрюсь духом насчет значения героя моего Алексея Федоровича. Ибо не только чудак «не всегда» частность и обособление, а напротив, бывает так, что он-то, пожалуй, и носит
в себе иной раз сердцевину целого, а остальные люди его
эпохи — все, каким-нибудь наплывным ветром, на время почему-то от него оторвались…
В продолжение своей карьеры он перебывал
в связях со многими либеральнейшими людьми своей
эпохи, и
в России и за границей, знавал лично и Прудона и Бакунина и особенно любил вспоминать и рассказывать, уже под концом своих странствий, о трех днях февральской парижской революции сорок восьмого года, намекая, что чуть ли и сам он не был
в ней участником на баррикадах.
Великий писатель предшествовавшей
эпохи,
в финале величайшего из произведений своих, олицетворяя всю Россию
в виде скачущей к неведомой цели удалой русской тройки, восклицает: «Ах, тройка, птица тройка, кто тебя выдумал!» — и
в гордом восторге прибавляет, что пред скачущею сломя голову тройкой почтительно сторонятся все народы.
Неточные совпадения
Все будет безуспешно, покуда не почувствовал из нас всяк, что он так же, как
в эпоху восстанья народ вооружался против <врагов>, так должен восстать против неправды.
С начала лета
в доме стали поговаривать о двух больших предстоящих праздниках: Иванове дне, именинах братца, и об Ильине дне — именинах Обломова: это были две важные
эпохи в виду. И когда хозяйке случалось купить или видеть на рынке отличную четверть телятины или удавался особенно хорошо пирог, она приговаривала: «Ах, если б этакая телятина попалась или этакий пирог удался
в Иванов или
в Ильин день!»
Сон остановил медленный и ленивый поток его мыслей и мгновенно перенес его
в другую
эпоху, к другим людям,
в другое место, куда перенесемся за ним и мы с читателем
в следующей главе.
Не дивлюсь, что древний треух на Виргилия надет ломоносовским покроем; но желал бы я, чтобы Омир между нами не
в ямбах явился, но
в стихах, подобных его, — ексаметрах, — и Костров, хотя не стихотворец, а переводчик, сделал бы
эпоху в нашем стихосложении, ускорив шествие самой поэзии целым поколением.
Несмотря на то, что недослушанный план Сергея Ивановича о том, как освобожденный сорокамиллионный мир Славян должен вместе с Россией начать новую
эпоху в истории, очень заинтересовал его, как нечто совершенно новое для него, несмотря на то, что и любопытство и беспокойство о том, зачем его звали, тревожили его, — как только он остался один, выйдя из гостиной, он тотчас же вспомнил свои утренние мысли.