Неточные совпадения
Видно было, что у него
есть, может
быть, тысяч до ста или разве немногим только менее.
По глазам ее
видно было, что у нее какое-то дело и что пришла она нечто сообщить.
Видно было, что он обдумал этот поклон заранее и надумал его искренно, почтя своею обязанностью выразить тем свою почтительность и добрые намерения.
Как раз пред тем, как я Грушеньку пошел бить, призывает меня в то самое утро Катерина Ивановна и в ужасном секрете, чтобы покамест никто не знал (для чего, не знаю,
видно, так ей
было нужно), просит меня съездить в губернский город и там по почте послать три тысячи Агафье Ивановне, в Москву; потому в город, чтобы здесь и не знали.
— Лупи его, сажай в него, Смуров! — закричали все. Но Смуров (левша) и без того не заставил ждать себя и тотчас отплатил: он бросил камнем в мальчика за канавкой, но неудачно: камень ударился в землю. Мальчик за канавкой тотчас же пустил еще в группу камень, на этот раз прямо в Алешу, и довольно больно ударил его в плечо. У мальчишки за канавкой весь карман
был полон заготовленными камнями. Это
видно было за тридцать шагов по отдувшимся карманам его пальтишка.
На правом коленке панталон
была большая заплатка, а на правом сапоге, на носке, где большой палец, большая дырка,
видно, что сильно замазанная чернилами.
И она закрыла рукой свои глаза.
Видно было, что ей очень стыдно сделать это признание. Вдруг она схватила его руку и стремительно поцеловала ее три раза.
Тогда это не могло
быть еще так
видно, ибо будущее
было неведомо, но теперь, когда прошло пятнадцать веков, мы видим, что все в этих трех вопросах до того угадано и предсказано и до того оправдалось, что прибавить к ним или убавить от них ничего нельзя более.
И никто-то их не укорял более, никто-то доброго гласа не подымал, что
было даже и чудно, ибо преданных усопшему старцу
было в монастыре все же большинство; но уж,
видно, сам Господь допустил, чтобы на сей раз меньшинство временно одержало верх.
— Да за что мне любить-то вас? — не скрывая уже злобы, огрызнулся Ракитин. Двадцатипятирублевую кредитку он сунул в карман, и пред Алешей ему
было решительно стыдно. Он рассчитывал получить плату после, так чтобы тот и не узнал, а теперь от стыда озлился. До сей минуты он находил весьма политичным не очень противоречить Грушеньке, несмотря на все ее щелчки, ибо
видно было, что она имела над ним какую-то власть. Но теперь и он рассердился...
Митя вздрогнул, вскочил
было, но сел опять. Затем тотчас же стал говорить громко, быстро, нервно, с жестами и в решительном исступлении.
Видно было, что человек дошел до черты, погиб и ищет последнего выхода, а не удастся, то хоть сейчас и в воду. Все это в один миг, вероятно, понял старик Самсонов, хотя лицо его оставалось неизменным и холодным как у истукана.
— Некогда. А я вот, вот видите… — продолжал с тою же доверчивостью Митя, уже вытирая полотенцем лицо и руки и надевая сюртук, — я вот здесь край рукава загну, его и не
видно будет под сюртуком… Видите!
— Что ж, неужели и рубашку снимать? — резко спросил
было он, но Николай Парфенович ему не ответил: он вместе с прокурором
был углублен в рассматривание сюртука, панталон, жилета и фуражки, и
видно было, что оба они очень заинтересовались осмотром: «Совсем не церемонятся, — мелькнуло у Мити, — даже вежливости необходимой не наблюдают».
— Илюша часто, очень часто поминал об вас, даже, знаете, во сне, в бреду.
Видно, что вы ему очень, очень
были дороги прежде… до того случая… с ножиком. Тут
есть и еще причина… Скажите, это ваша собака?
Щеночек лежал и копошился подле него, и он, болезненно улыбаясь, гладил его своею тоненькою, бледненькою, высохшею ручкой; даже
видно было, что собачка ему понравилась, но…
Иван проговорил это торжественно и энергично, и
видно было уже по одному сверкающему взгляду его, что так и
будет.
Видно было, что ему предшествовала добрая слава.
О,
видно было, что она до тонкости вчиталась в это роковое письмо и изучила в нем каждую черточку.
Оставшиеся доктора хоть и ободряли Катерину Ивановну и Алешу, но
видно было, что они не могли еще подать твердой надежды.
Митя вздрогнул, хотел
было что-то вымолвить, но промолчал. Известие страшно на него подействовало.
Видно было, что ему мучительно хотелось бы узнать подробности разговора, но что он опять боится сейчас спросить: что-нибудь жестокое и презрительное от Кати
было бы ему как удар ножом в эту минуту.
Налево от двери стояли ширмы, за ширмами — кровать, столик, шкафчик, уставленный лекарствами, и большое кресло, на котором дремал доктор; подле кровати стояла молодая, очень белокурая, замечательной красоты девушка, в белом утреннем капоте, и, немного засучив рукава, прикладывала лед к голове maman, которую не
было видно в эту минуту.
Неточные совпадения
Но в них не
видно перемены; // Всё в них на старый образец: // У тетушки княжны Елены // Всё тот же тюлевый чепец; // Всё белится Лукерья Львовна, // Всё то же лжет Любовь Петровна, // Иван Петрович так же глуп, // Семен Петрович так же скуп, // У Пелагеи Николавны // Всё тот же друг мосье Финмуш, // И тот же шпиц, и тот же муж; // А он, всё клуба член исправный, // Всё так же смирен, так же глух // И так же
ест и
пьет за двух.
Мечтам и годам нет возврата; // Не обновлю души моей… // Я вас люблю любовью брата // И, может
быть, еще нежней. // Послушайте ж меня без гнева: // Сменит не раз младая дева // Мечтами легкие мечты; // Так деревцо свои листы // Меняет с каждою весною. // Так,
видно, небом суждено. // Полюбите вы снова: но… // Учитесь властвовать собою: // Не всякий вас, как я, поймет; // К беде неопытность ведет».
Но день протек, и нет ответа. // Другой настал: всё нет, как нет. // Бледна как тень, с утра одета, // Татьяна ждет: когда ж ответ? // Приехал Ольгин обожатель. // «Скажите: где же ваш приятель? — // Ему вопрос хозяйки
был. — // Он что-то нас совсем забыл». // Татьяна, вспыхнув, задрожала. // «Сегодня
быть он обещал, — // Старушке Ленский отвечал, — // Да,
видно, почта задержала». — // Татьяна потупила взор, // Как будто слыша злой укор.
«И полно, Таня! В эти лета // Мы не слыхали про любовь; // А то бы согнала со света // Меня покойница свекровь». — // «Да как же ты венчалась, няня?» — // «Так,
видно, Бог велел. Мой Ваня // Моложе
был меня, мой свет, // А
было мне тринадцать лет. // Недели две ходила сваха // К моей родне, и наконец // Благословил меня отец. // Я горько плакала со страха, // Мне с плачем косу расплели // Да с пеньем в церковь повели.
Иван Антонович как будто бы и не слыхал и углубился совершенно в бумаги, не отвечая ничего.
Видно было вдруг, что это
был уже человек благоразумных лет, не то что молодой болтун и вертопляс. Иван Антонович, казалось, имел уже далеко за сорок лет; волос на нем
был черный, густой; вся середина лица выступала у него вперед и пошла в нос, — словом, это
было то лицо, которое называют в общежитье кувшинным рылом.