Неточные совпадения
—
Верю, потому что ты сказал, но черт вас возьми опять-таки с твоим
братом Иваном! Не поймете вы никто, что его и без Катерины Ивановны можно весьма не любить. И за что я его стану любить, черт возьми! Ведь удостоивает же он меня сам ругать. Почему же я его не имею права ругать?
Кроме всего этого, Алеша несомненно
верил до самого вчерашнего вечера, что Катерина Ивановна сама до страсти и упорно любит
брата его Дмитрия, — но лишь до вчерашнего вечера
верил.
— Ты, может быть, сам масон! — вырвалось вдруг у Алеши. — Ты не
веришь в Бога, — прибавил он, но уже с чрезвычайною скорбью. Ему показалось к тому же, что
брат смотрит на него с насмешкой. — Чем же кончается твоя поэма? — спросил он вдруг, смотря в землю, — или уж она кончена?
—
Брат, — дрожащим голосом начал опять Алеша, — я сказал тебе это потому, что ты моему слову
поверишь, я знаю это. Я тебе на всю жизнь это слово сказал: не ты! Слышишь, на всю жизнь. И это Бог положил мне на душу тебе это сказать, хотя бы ты с сего часа навсегда возненавидел меня…
— Будьте уверены, что я совершенно
верю самой полной искренности убеждения вашего, не обусловливая и не ассимилируя его нисколько с любовью к вашему несчастному
брату.
— Я указал со слов
брата Дмитрия. Мне еще до допроса рассказали о том, что произошло при аресте его и как он сам показал тогда на Смердякова. Я
верю вполне, что
брат невиновен. А если убил не он, то…
— Я не мог не
поверить брату. Я знаю, что он мне не солжет. Я по лицу его видел, что он мне не лжет.
Судебный пристав тотчас к нему приблизился. Алеша вдруг вскочил и закричал: «Он болен, не
верьте ему, он в белой горячке!» Катерина Ивановна стремительно встала со своего стула и, неподвижная от ужаса, смотрела на Ивана Федоровича. Митя поднялся и с какою-то дикою искривленною улыбкой жадно смотрел и слушал
брата.
Неточные совпадения
— Нет,
брат! она такая почтенная и верная! Услуги оказывает такие…
поверишь, у меня слезы на глазах. Нет, ты не держи меня; как честный человек, поеду. Я тебя в этом уверяю по истинной совести.
— Вот ваше письмо, — начала она, положив его на стол. — Разве возможно то, что вы пишете? Вы намекаете на преступление, совершенное будто бы
братом. Вы слишком ясно намекаете, вы не смеете теперь отговариваться. Знайте же, что я еще до вас слышала об этой глупой сказке и не
верю ей ни в одном слове. Это гнусное и смешное подозрение. Я знаю историю и как и отчего она выдумалась. У вас не может быть никаких доказательств. Вы обещали доказать: говорите же! Но заранее знайте, что я вам не
верю! Не
верю!..
«Иисус говорит ей: воскреснет
брат твой. Марфа сказала ему: знаю, что воскреснет в воскресение, в последний день. Иисус сказал ей: «Я есмь воскресение и жизнь;верующий в меня, если и умрет, оживет. И всякий живущий и верующий в меня не умрет вовек.
Веришь ли сему? Она говорит ему:
— Это,
брат,
веришь ли, у меня особенно на сердце лежало. Потом надо же из тебя человека сделать. Приступим: сверху начнем. Видишь ли ты эту каскетку? — начал он, вынимая из узла довольно хорошенькую, но в то же время очень обыкновенную и дешевую фуражку. — Позволь-ка примерить?
Брат, не финти, не дамся я в обман, // Хоть подеретесь, не
поверю.