Неточные совпадения
Прибавлю еще, что Иван Федорович имел тогда вид посредника и примирителя между отцом и затеявшим тогда
большую ссору и даже формальный иск на отца старшим
братом своим, Дмитрием Федоровичем.
—
Брат, а ты, кажется, и не обратил внимания, как ты обидел Катерину Ивановну тем, что рассказал Грушеньке о том дне, а та сейчас ей бросила в глаза, что вы сами «к кавалерам красу тайком продавать ходили!»
Брат, что же
больше этой обиды? — Алешу всего более мучила мысль, что
брат точно рад унижению Катерины Ивановны, хотя, конечно, того быть не могло.
Хотя обдорский монашек после сего разговора воротился в указанную ему келейку, у одного из
братий, даже в довольно сильном недоумении, но сердце его несомненно все же лежало
больше к отцу Ферапонту, чем к отцу Зосиме.
И насчет
брата Дмитрия тоже, особенно прошу тебя, даже и не заговаривай со мной никогда
больше, — прибавил он вдруг раздражительно, — все исчерпано, все переговорено, так ли?
Впоследствии начались в доме неурядицы, явилась Грушенька, начались истории с
братом Дмитрием, пошли хлопоты — говорили они и об этом, но хотя Смердяков вел всегда об этом разговор с
большим волнением, а опять-таки никак нельзя было добиться, чего самому-то ему тут желается.
— Э, черт! — вскинулся вдруг Иван Федорович с перекосившимся от злобы лицом. — Что ты все об своей жизни трусишь! Все эти угрозы
брата Дмитрия только азартные слова и
больше ничего. Не убьет он тебя; убьет, да не тебя!
Гроб же вознамерились оставить в келье (в первой
большой комнате, в той самой, в которой покойный старец принимал
братию и мирских) на весь день.
Конечно, были некие и у нас из древле преставившихся, воспоминание о коих сохранилось еще живо в монастыре, и останки коих, по преданию, не обнаружили тления, что умилительно и таинственно повлияло на
братию и сохранилось в памяти ее как нечто благолепное и чудесное и как обетование в будущем еще
большей славы от их гробниц, если только волею Божией придет тому время.
— Это мы втроем дали три тысячи, я,
брат Иван и Катерина Ивановна, а доктора из Москвы выписала за две тысячи уж она сама. Адвокат Фетюкович
больше бы взял, да дело это получило огласку по всей России, во всех газетах и журналах о нем говорят, Фетюкович и согласился
больше для славы приехать, потому что слишком уж знаменитое дело стало. Я его вчера видел.
Кстати, промолвим лишь два слова раз навсегда о чувствах Ивана к
брату Дмитрию Федоровичу: он его решительно не любил и много-много что чувствовал к нему иногда сострадание, но и то смешанное с
большим презрением, доходившим до гадливости.
С моей стороны я желаю доброму и даровитому юноше всего лучшего, желаю, чтоб его юное прекраснодушие и стремление к народным началам не обратилось впоследствии, как столь часто оно случается, со стороны нравственной в мрачный мистицизм, а со стороны гражданской в тупой шовинизм — два качества, грозящие, может быть, еще
большим злом нации, чем даже раннее растление от ложно понятого и даром добытого европейского просвещения, каким страдает старший
брат его».
Как и стал Вольга с дружиною // На крутом яру у Киева, // Взговорит Вольга Буслаевич: // «Вы, дружина моя храбрая, // Тридцать братьев без единого, // Сам Вольга я во тридцатыих, — // Вы
большого брата Слушайте, // Повелено дело делайте:
Неточные совпадения
И пишет суд: препроводить тебя из Царевококшайска в тюрьму такого-то города, а тот суд пишет опять: препроводить тебя в какой-нибудь Весьегонск, и ты переезжаешь себе из тюрьмы в тюрьму и говоришь, осматривая новое обиталище: „Нет, вот весьегонская тюрьма будет почище: там хоть и в бабки, так есть место, да и общества
больше!“ Абакум Фыров! ты,
брат, что? где, в каких местах шатаешься?
— Нет, сооружай,
брат, сам, а я не могу, жена будет в
большой претензии, право, я должен ей рассказать о ярмарке. Нужно,
брат, право, нужно доставить ей удовольствие. Нет, ты не держи меня!
Впрочем, клянусь тебе, что сужу об ней
больше умственно, по одной метафизике; тут,
брат, у нас такая эмблема завязалась, что твоя алгебра!
Кроме того, вы
брат особы, которая меня очень интересовала, и, наконец, от самой этой особы в свое время я ужасно много и часто слыхал о вас, из чего и заключил, что вы имеете над нею
большое влияние; разве этого мало?
— А журнал, это есть, братец ты мой, такие картинки, крашеные, и идут они сюда к здешним портным каждую субботу, по почте, из-за границы, с тем то есть, как кому одеваться, как мужскому, равномерно и женскому полу. Рисунок, значит. Мужской пол все
больше в бекешах пишется, а уж по женскому отделению такие,
брат, суфлеры, что отдай ты мне все, да и мало!