Неточные совпадения
Придут по единой ихней злобе али по своей мнительности в случае примерно моей
болезни, усомнятся и пойдут с нетерпения искать в комнаты, как вчерашний раз: не
прошла ли, дескать, она как-нибудь от них потихоньку.
— Да нужно ли? — воскликнул, — да надо ли? Ведь никто осужден не был, никого в каторгу из-за меня не
сослали, слуга от
болезни помер. А за кровь пролиянную я мучениями был наказан. Да и не поверят мне вовсе, никаким доказательствам моим не поверят. Надо ли объявлять, надо ли? За кровь пролитую я всю жизнь готов еще мучиться, только чтобы жену и детей не поразить. Будет ли справедливо их погубить с собою? Не ошибаемся ли мы? Где тут правда? Да и познают ли правду эту люди, оценят ли, почтут ли ее?
Кажется, идиот на этом тезисе, которому обучили его, и
сошел с ума окончательно, хотя, конечно, повлияли на умственное расстройство его и падучая
болезнь, и вся эта страшная, разразившаяся в их доме катастрофа.
— А как стало легко! — вся
болезнь прошла, — и Верочка встала, идет, бежит, и опять на поле, и опять резвится, бегает, и опять думает: «как же это я могла переносить паралич?» — «это потому, что я родилась в параличе, не знала, как ходят и бегают; а если б знала, не перенесла бы», — и бегает, резвится.
Князь Аркадий сначала доносил государю о своем отце в выражениях неопределенных, говоря, между прочим, что Вейкарт рассчитывает скорее на улучшение, чем на ухудшение; а потом стал писать, что
болезнь проходит, велика только слабость, которая, однако, не мешает после 15 марта двинуться в путь.
— Да ведь… миленький! Ну, как же иначе? Вон, говорят, кругом
болезнь ходит. Доктора учатся, они понимают. А. что пустяки-то разные болтают в народе, так нешто все переслушаешь?
Неточные совпадения
По убеждению его выходило, что это затмение рассудка и упадок воли охватывают человека подобно
болезни, развиваются постепенно и доходят до высшего своего момента незадолго до совершения преступления; продолжаются в том же виде в самый момент преступления и еще несколько времени после него, судя по индивидууму; затем
проходят, так же как
проходит всякая
болезнь.
Ну, да это, положим, в
болезни, а то вот еще: убил, да за честного человека себя почитает, людей презирает, бледным ангелом
ходит, — нет, уж какой тут Миколка, голубчик Родион Романыч, тут не Миколка!
А тут Катерина Ивановна, руки ломая, по комнате
ходит, да красные пятна у ней на щеках выступают, — что в
болезни этой и всегда бывает: «Живешь, дескать, ты, дармоедка, у нас, ешь и пьешь, и теплом пользуешься», а что тут пьешь и ешь, когда и ребятишки-то по три дня корки не видят!
Нервный вздор какой-то, паек был дурной, говорит, пива и хрену мало отпускали, оттого и
болезнь, но что ничего,
пройдет и перемелется.
Не стану теперь описывать, что было в тот вечер у Пульхерии Александровны, как воротился к ним Разумихин, как их успокоивал, как клялся, что надо дать отдохнуть Роде в
болезни, клялся, что Родя придет непременно, будет
ходить каждый день, что он очень, очень расстроен, что не надо раздражать его; как он, Разумихин, будет следить за ним, достанет ему доктора хорошего, лучшего, целый консилиум… Одним словом, с этого вечера Разумихин стал у них сыном и братом.