— Да и отлично бы было, если б он манкировал, мне приятно, что ли, вся эта ваша мазня, да еще с вами на придачу? Так к обеду будем, поблагодарите отца игумена, — обратился он к монашку.
— Тебе надо подкрепиться, судя по лицу-то. Сострадание ведь на тебя глядя берет. Ведь ты и ночь не спал, я слышал, заседание у вас там было. А потом вся эта возня и мазня… Всего-то антидорцу кусочек, надо быть, пожевал. Есть у меня с собой в кармане колбаса, давеча из города захватил на всякий случай, сюда направляясь, только ведь ты колбасы не станешь…
Пускай потом картина Рафаэля окажется доморощенной мазней, а колье — бутылочного стекла, покупатель все равно идет опять на Сухаревку в тех же мечтах и до самой смерти будет искать «на грош пятаков».
Перепишу и вдруг увижу, что строки к концу немножко клонятся, либо, переписывая, пропущу слово, либо кляксу посажу, либо рукавом смажу конец страницы — и кончено: этой книжки я уже любить не буду, это не книжка, а самая обыкновенная детская мазня. Лист вырывается, но книга с вырванным листом — гадкая книга, берется новая (Асина или Андрюшина) десть — и терпеливо, неумело, огромной вышивальной иглой (другой у меня нет) шьется новая книжка, в которую с новым усердием: Прощай, свободная стихия!
Голос учительницы слышался из разных концов класса, рыжая девочка – моя соседка – закрывала ладонью тетрадь, словно моя жуткая мазня могла замарать её аккуратные буковки.
МАЗНЯ́, -и́, ж.1.Разг. Небрежно, неумело написанная картина, плохой рисунок. После Вашей картины все картины — мазня и ничего больше. Крамской, Письмо Ф. А. Васильеву, 28 марта 1873. (Малый академический словарь, МАС)
МАЗНЯ́, -и́, ж.1.Разг. Небрежно, неумело написанная картина, плохой рисунок. После Вашей картины все картины — мазня и ничего больше. Крамской, Письмо Ф. А. Васильеву, 28 марта 1873.
Все мы занимаемся мазней, рисуем наши жалкие картины поверх прекрасных шедевров.
Как только его любительскую мазню сотрут, работа великого художника проявится во всей своей неиспорченной красоте.
Голос учительницы слышался из разных концов класса, рыжая девочка – моя соседка – закрывала ладонью тетрадь, словно моя жуткая мазня могла замарать её аккуратные буковки.