Для тех же, которые непременно всегда и везде ощущают голод и, главное, жажду, — можно открыть в конце анфилады комнат особый буфет, которым и займется Прохорыч (главный клубный повар), и — впрочем, под строжайшим надзором комитета — будет подавать,
что угодно, но за особую плату, а для того нарочно объявить в дверях залы надписью, что буфет — вне программы.
Неточные совпадения
Я ведь не утверждаю,
что он совсем нисколько не пострадал; я лишь убедился теперь вполне,
что он мог бы продолжать о своих аравитянах сколько ему
угодно, дав только нужные объяснения.
— И вы это знаете сами. Я хитрил много раз… вы улыбнулись, очень рад улыбке, как предлогу для разъяснения; я ведь нарочно вызвал улыбку хвастливым словом «хитрил», для того чтобы вы тотчас же и рассердились: как это я смел подумать,
что могу хитрить, а мне чтобы сейчас же объясниться. Видите, видите, как я стал теперь откровенен! Ну-с,
угодно вам выслушать?
— Говорил. От меня не прячется. На всё готовая личность, на всё; за деньги разумеется, но есть и убеждения, в своем роде конечно. Ах да, вот и опять кстати: если вы давеча серьезно о том замысле, помните, насчет Лизаветы Николаевны, то возобновляю вам еще раз,
что и я тоже на всё готовая личность, во всех родах, каких
угодно, и совершенно к вашим услугам…
Что это, вы за палку хватаетесь? Ах нет, вы не за палку… Представьте, мне показалось,
что вы палку ищете?
— Но вы говорили! — властно продолжал Шатов, не сводя с него сверкающих глаз. — Правда ли, будто вы уверяли,
что не знаете различия в красоте между какою-нибудь сладострастною, зверскою штукой и каким
угодно подвигом, хотя бы даже жертвой жизнию для человечества? Правда ли,
что вы в обоих полюсах нашли совпадение красоты, одинаковость наслаждения?
Вы будете молиться, ходить куда
угодно и делать
что вам
угодно.
— А коли лежит просто, рот разевает на всех, так как же его не стибрить! Будто серьезно не верите,
что возможен успех? Эх, вера-то есть, да надо хотенья. Да, именно с этакими и возможен успех. Я вам говорю, он у меня в огонь пойдет, стоит только прикрикнуть на него,
что недостаточно либерален. Дураки попрекают,
что я всех здесь надул центральным комитетом и «бесчисленными разветвлениями». Вы сами раз этим меня корили, а какое тут надувание: центральный комитет — я да вы, а разветвлений будет сколько
угодно.
Между тем эта сволочь, сама не зная того, почти всегда подпадает под команду той малой кучки «передовых», которые действуют с определенною целью, и та направляет весь этот сор куда ей
угодно, если только сама не состоит из совершенных идиотов,
что, впрочем, тоже случается.
— Садитесь и вы, пожалуйста. Нам недолго быть вместе, и я хочу говорить всё,
что мне
угодно… Почему бы и вам не говорить всё,
что вам
угодно?
— Хуже всего то,
что вы вывертываетесь. Впрочем, не
угодно ли прочесть и показать другим; это только для сведения.
Впрочем, — оборвал он вдруг с непомерным раздражением, как будто вдруг почувствовал,
что слишком много чести так убеждать и так возиться с такими людишками, — впрочем, действуйте как вам
угодно.
—
Что вы стучите и
чего вам
угодно? — раздался наконец у окна мягкий и несоответственный «оскорблению» голос самого Виргинского. Ставня приотворилась, открылась и форточка.
Неточные совпадения
Гм! гм! Читатель благородный, // Здорова ль ваша вся родня? // Позвольте: может быть,
угодно // Теперь узнать вам от меня, //
Что значит именно родные. // Родные люди вот какие: // Мы их обязаны ласкать, // Любить, душевно уважать // И, по обычаю народа, // О Рождестве их навещать // Или по почте поздравлять, // Чтоб остальное время года // Не думали о нас они… // Итак, дай Бог им долги дни!
— Управитель так и оторопел, говорит: «
Что вам
угодно?» — «А! говорят, так вот ты как!» И вдруг, с этим словом, перемена лиц и физиогномии… «За делом! Сколько вина выкуривается по именью? Покажите книги!» Тот сюды-туды. «Эй, понятых!» Взяли, связали, да в город, да полтора года и просидел немец в тюрьме.
Прежде он не хотел вступать ни в какие сношения с ними, потому
что был не более как простой пешкой, стало быть, немного получил бы; но теперь… теперь совсем другое дело: он мог предложить какие
угодно условия.
— Да никакого толку не добьетесь, — сказал проводник, — у нас бестолковщина. У нас всем, изволите видеть, распоряжается комиссия построения, отрывает всех от дела, посылает куды
угодно. Только и выгодно у нас,
что в комиссии построения. — Он, как видно, был недоволен на комиссию построенья. — У нас так заведено,
что все водят за нос барина. Он думает,
что всё-с как следует, а ведь это названье только одно.
В ту же минуту он предлагал вам ехать куда
угодно, хоть на край света, войти в какое хотите предприятие, менять все
что ни есть на все,
что хотите.