Неточные совпадения
Наконец, сцена опять переменяется, и является дикое место, а между утесами бродит один цивилизованный молодой человек, который срывает и сосет какие-то травы, и
на вопрос феи: зачем он сосет эти травы? — ответствует, что он, чувствуя в
себе избыток жизни, ищет забвения и находит его в соке этих трав; но что главное желание его — поскорее потерять
ум (желание, может быть, и излишнее).
«Успеешь, крыса, выселиться из корабля! — думал Петр Степанович, выходя
на улицу. — Ну, коли уж этот “почти государственный
ум” так уверенно осведомляется о дне и часе и так почтительно благодарит за полученное сведение, то уж нам-то в
себе нельзя после того сомневаться. (Он усмехнулся.) Гм. А он в самом деле у них не глуп и… всего только переселяющаяся крыса; такая не донесет!»
Солиднейшие из наших
умов дивятся теперь
на себя: как это они тогда вдруг оплошали?
Мужик остановил, и Степана Трофимовича общими усилиями втащили и усадили в телегу, рядом с бабой,
на мешок. Вихрь мыслей не покидал его. Порой он сам ощущал про
себя, что как-то ужасно рассеян и думает совсем не о том, о чем надо, и дивился тому. Это сознание в болезненной слабости
ума мгновениями становилось ему очень тяжело и даже обидно.
Самгин почувствовал в ней мягкое, но неодолимое упрямство и стал относиться к Любаше осторожнее, подозревая, что она — хитрая, «
себе на уме», хотя и казалась очень откровенной, даже болтливой. И, если о себе самой она говорит усмешливо, а порою даже иронически, — это для того, чтоб труднее понять ее.
Г-жа Простакова. Я, братец, с тобою лаяться не стану. (К Стародуму.) Отроду, батюшка, ни с кем не бранивалась. У меня такой нрав. Хоть разругай, век слова не скажу. Пусть же,
себе на уме, Бог тому заплатит, кто меня, бедную, обижает.
Неточные совпадения
Свой слог
на важный лад настроя, // Бывало, пламенный творец // Являл нам своего героя // Как совершенства образец. // Он одарял предмет любимый, // Всегда неправедно гонимый, // Душой чувствительной,
умом // И привлекательным лицом. // Питая жар чистейшей страсти, // Всегда восторженный герой // Готов был жертвовать
собой, // И при конце последней части // Всегда наказан был порок, // Добру достойный был венок.
И поделом: в разборе строгом, //
На тайный суд
себя призвав, // Он обвинял
себя во многом: // Во-первых, он уж был неправ, // Что над любовью робкой, нежной // Так подшутил вечор небрежно. // А во-вторых: пускай поэт // Дурачится; в осьмнадцать лет // Оно простительно. Евгений, // Всем сердцем юношу любя, // Был должен оказать
себя // Не мячиком предрассуждений, // Не пылким мальчиком, бойцом, // Но мужем с честью и с
умом.
И снова, преданный безделью, // Томясь душевной пустотой, // Уселся он — с похвальной целью //
Себе присвоить
ум чужой; // Отрядом книг уставил полку, // Читал, читал, а всё без толку: // Там скука, там обман иль бред; // В том совести, в том смысла нет; //
На всех различные вериги; // И устарела старина, // И старым бредит новизна. // Как женщин, он оставил книги, // И полку, с пыльной их семьей, // Задернул траурной тафтой.
Дорогою много приходило ему всяких мыслей
на ум; вертелась в голове блондинка, воображенье начало даже слегка шалить, и он уже сам стал немного шутить и подсмеиваться над
собою.
«Эк его неугомонный бес как обуял!» — подумал про
себя Чичиков и решился во что бы то ни стало отделаться от всяких бричек, шарманок и всех возможных собак, несмотря
на непостижимую
уму бочковатость ребр и комкость лап.