Неточные совпадения
Он
налил рюмку, встал и с некоторою торжественностью перешел через комнату
в другой угол, где поместилась его спутница на мешке, чернобровая бабенка, так надоедавшая ему дорогой расспросами. Бабенка законфузилась и стала было отнекиваться, но, высказав всё предписанное приличием, под конец встала, выпила учтиво,
в три хлебка, как пьют женщины, и, изобразив чрезвычайное страдание
в лице, отдала
рюмку и поклонилась Степану Трофимовичу. Он с важностию отдал поклон и воротился за стол даже с гордым видом.
«Я
в совершенстве,
в совершенстве умею обращаться с народом, и я это им всегда говорил», — самодовольно подумал он,
наливая себе оставшееся вино из косушки; хотя вышло менее
рюмки, но вино живительно согрело его и немного даже бросилось
в голову.
— Ой ли? Выпьем, кум, — сказал Иван Матвеевич,
наливая в рюмку, — жалко разбавлять чаем добро. Ты понюхай: три целковых. Не заказать ли селянку?
Дьякон все делал медленно, с тяжелой осторожностью. Обильно посыпав кусочек хлеба солью, он положил на хлеб колечко лука и поднял бутылку водки с таким усилием, как двухпудовую гирю.
Наливая в рюмку, он прищурил один огромный глаз, а другой выкатился и стал похож на голубиное яйцо. Выпив водку, открыл рот и гулко сказал:
Дарья примолкла и смотрела на Людмилу. Валерия оперлась на локоток, отставила мизинчик и наклонила голову, подражая улыбкою Ларисе. Но она тоненькая, хрупкая, и улыбка у нее беспокойная. Людмила
налила в рюмку вишнево-красный ликер и сказала:
Неточные совпадения
Они с радушием заколют отличную индейку или дюжину цыплят к приезду гостя, но лишней изюминки
в кушанье не положат, и побледнеют, как тот же гость самовольно вздумает сам
налить себе
в рюмку вина.
— Да, вот это самое лучшее средство! — сказал он, прожевывая сыр и
наливая какую-то особенного сорта водку
в подставленную
рюмку. Разговор действительно прекратился на шутке.
«Вот, — воскликнул он, — хоть мы и
в глуши живем, а
в торжественных случаях имеем чем себя повеселить!» Он
налил три бокала и
рюмку, провозгласил здоровье «неоцененных посетителей» и разом, по-военному, хлопнул свой бокал, а Арину Власьевну заставил выпить
рюмку до последней капельки.
— Неглупый парень, — сказал Лютов, кивнув головой вслед Василию и
наливая водку
в рюмки. — «Коммунистический манифест» вызубрил и вообще — читает! Ты, конечно, знаешь,
в каких сотнях тысяч разошлась сия брошюрка? Это — отрыгнется! Выпьем…
— Н-не знаю. Как будто умен слишком для Пилата. А
в примитивизме, думаете, нет опасности? Христианство на заре его дней было тоже примитивно, а с лишком на тысячу лет ослепило людей. Я вот тоже примитивно рассуждаю, а человек я опасный, — скучно сказал он, снова
наливая коньяк
в рюмки.