— Боже, да ведь он хотел сказать каламбур! — почти в ужасе воскликнула Лиза. — Маврикий Николаевич, не смейте никогда пускаться на этот путь! Но только до какой же степени вы эгоист! Я убеждена, к чести вашей, что вы сами на себя теперь клевещете; напротив; вы с утра
до ночи будете меня тогда уверять, что я стала без ноги интереснее! Одно непоправимо — вы безмерно высоки ростом, а без ноги я стану премаленькая, как же вы меня поведете под руку, мы будем не пара!
Неточные совпадения
Она охраняла его от каждой пылинки, нянчилась с ним двадцать два года, не спала бы целых
ночей от заботы, если бы дело коснулось
до его репутации поэта, ученого, гражданского деятеля.
Она ходила за ним всю
ночь, давала ему лавровишневых капель и
до рассвета повторяла ему: «Вы еще полезны; вы еще явитесь; вас оценят… в другом месте».
— Я чай люблю, — сказал он, —
ночью; много, хожу и пью;
до рассвета. За границей чай
ночью неудобно.
Вон, поверите ли-с, у капитана Лебядкина-с, где сейчас изволили посещать-с, когда еще они
до вас проживали у Филиппова-с, так иной раз дверь всю
ночь настежь не запертая стоит-с, сам спит пьян мертвецки, а деньги у него изо всех карманов на пол сыплются.
Бог знает
до чего бы дошло. Увы, тут было еще одно обстоятельство помимо всего, совсем неизвестное ни Петру Степановичу, ни даже самой Юлии Михайловне. Несчастный Андрей Антонович дошел
до такого расстройства, что в последние дни про себя стал ревновать свою супругу к Петру Степановичу. В уединении, особенно по
ночам, он выносил неприятнейшие минуты.
Я думаю, что если бы даже Лембке умер в ту самую
ночь, то праздник все-таки бы состоялся наутро, —
до того много соединяла с ним какого-то особенного значения Юлия Михайловна.
Праздничный день по программе был разделен на две части: на литературное утро, с полудня
до четырех, и потом на бал, с девяти часов во всю
ночь.
Вся эта
ночь с своими почти нелепыми событиями и с страшною «развязкой» наутро мерещится мне
до сих пор как безобразный, кошмарный сон и составляет — для меня по крайней мере — самую тяжелую часть моей хроники.
Липутин пробежал и в квартиру Петра Степановича и успел узнать с заднего крыльца, потаенно, что Петр Степанович хоть и воротился домой вчера, этак уже около часу пополуночи, но всю
ночь преспокойно изволил почивать у себя дома вплоть
до восьми часов утра.
Но
ночь была так темна, а предприятие
до того страшное и многотрудное, что, пройдя две-три улицы, он воротился домой и заперся на всю
ночь.
Ответа не было, кроме того общего ответа, который дает жизнь на все самые сложные и неразрешимые вопросы. Ответ этот: надо жить потребностями дня, то есть забыться. Забыться сном уже нельзя, по крайней мере,
до ночи, нельзя уже вернуться к той музыке, которую пели графинчики-женщины; стало быть, надо забыться сном жизни.
Неточные совпадения
Поверьте: моего стыда // Вы не узнали б никогда, // Когда б надежду я имела // Хоть редко, хоть в неделю раз // В деревне нашей видеть вас, // Чтоб только слышать ваши речи, // Вам слово молвить, и потом // Всё думать, думать об одном // И день и
ночь до новой встречи.
Изредка доходили
до слуха его какие-то, казалось, женские восклицания: «Врешь, пьяница! я никогда не позволяла ему такого грубиянства!» — или: «Ты не дерись, невежа, а ступай в часть, там я тебе докажу!..» Словом, те слова, которые вдруг обдадут, как варом, какого-нибудь замечтавшегося двадцатилетнего юношу, когда, возвращаясь из театра, несет он в голове испанскую улицу,
ночь, чудный женский образ с гитарой и кудрями.
Он спешил не потому, что боялся опоздать, — опоздать он не боялся, ибо председатель был человек знакомый и мог продлить и укоротить по его желанию присутствие, подобно древнему Зевесу Гомера, длившему дни и насылавшему быстрые
ночи, когда нужно было прекратить брань любезных ему героев или дать им средство додраться, но он сам в себе чувствовал желание скорее как можно привести дела к концу;
до тех пор ему казалось все неспокойно и неловко; все-таки приходила мысль: что души не совсем настоящие и что в подобных случаях такую обузу всегда нужно поскорее с плеч.
На другой день Чичиков отправился на обед и вечер к полицеймейстеру, где с трех часов после обеда засели в вист и играли
до двух часов
ночи.
Поверите ли, он так пролежал
до поздней
ночи и целую
ночь?..