Он не только ко мне прибегал, но неоднократно описывал всё это ей самой в красноречивейших письмах и признавался ей, за своею полною подписью, что не далее как, например, вчера он рассказывал постороннему лицу, что она держит его из тщеславия, завидует его учености и талантам; ненавидит его и боится только выказать свою ненависть явно,
в страхе, чтоб он не ушел от нее и тем не повредил ее литературной репутации; что вследствие этого он себя презирает и решился погибнуть насильственною смертью, а от нее ждет последнего слова, которое всё решит, и пр., и пр., всё в этом роде.
Неточные совпадения
Прасковья Ивановна просто тряслась от
страха, правда не совсем, кажется, понимая,
в чем дело.
У бедной была своя забота: она поминутно поворачивала голову к Лизе и смотрела на нее
в безотчетном
страхе, а встать и уехать и думать уже не смела, пока не подымется дочь.
Сомнения нет, что эти легендарные господа способны были ощущать, и даже, может быть,
в сильной степени, чувство
страха, — иначе были бы гораздо спокойнее и ощущение опасности не обратили бы
в потребность своей природы.
Прислуги тогда не было; один Лебядкин мог бы что-нибудь разболтать, не столько по злобе, потому что вышел тогда
в крайнем испуге (а
страх к врагу уничтожает и злобу к нему), а единственно по невоздержанности.
Мы со Степаном Трофимовичем, не без
страха за смелость предположения, но обоюдно ободряя друг друга, остановились наконец на одной мысли: мы решили, что виновником разошедшихся слухов мог быть один только Петр Степанович, хотя сам он некоторое время спустя,
в разговоре с отцом, уверял, что застал уже историю во всех устах, преимущественно
в клубе, и совершенно известною до мельчайших подробностей губернаторше и ее супругу.
Она простояла над ним минуты три, едва переводя дыхание, и вдруг ее обнял
страх; она вышла на цыпочках, приостановилась
в дверях, наскоро перекрестила его и удалилась незамеченная, с новым тяжелым ощущением и с новою тоской.
Бедняжка смекнула наконец, что закопалась
в беду, и еле живая от
страха убежала на четвертый день
в сумерки от своих покровителей к своему поручику.
Маврикий Николаевич приподнялся с колен. Она стиснула своими руками его руки выше локтей и пристально смотрела ему
в лицо.
Страх был
в ее взгляде.
Комитет, впрочем, только хотел задать
страху, сам же, конечно, придумал третье решение, примиряющее и благоразумное, то есть весьма порядочный праздник во всех отношениях, только без шампанского, и таким образом
в остатке сумма весьма приличная, гораздо больше девяноста рублей.
Я опять со
страхом приметил на его лице ту опасную улыбку, с которою он стоял вчера поутру
в гостиной своей супруги и смотрел на Степана Трофимовича, прежде чем к нему подошел.
В то, что Шатов донесет, наши все поверили; но
в то, что Петр Степанович играет ими как пешками, — тоже верили. А затем все знали, что завтра все-таки явятся
в комплекте на место, и судьба Шатова решена. Чувствовали, что вдруг как мухи попали
в паутину к огромному пауку; злились, но тряслись от
страху.
Петр Степанович несомненно был виноват пред ними: всё бы могло обойтись гораздо согласнее и легче,если б он позаботился хоть на капельку скрасить действительность. Вместо того чтобы представить факт
в приличном свете, чем-нибудь римско-гражданским или вроде того, он только выставил грубый
страх и угрозу собственной шкуре, что было уже просто невежливо. Конечно, во всем борьба за существование, и другого принципа нет, это всем известно, но ведь все-таки…
Целый фейерверк идей блеснул
в изворотливом уме Лямшина. Всё вдруг приняло другой оборот, но всё еще
страх не давал рассудить.
— Вы, может быть. Вы бы уж лучше молчали, Липутин, вы только так говорите, по привычке. Подкупленные, господа, все те, которые трусят
в минуту опасности. Из
страха всегда найдется дурак, который
в последнюю минуту побежит и закричит: «Ай, простите меня, а я всех продам!» Но знайте, господа, что вас уже теперь ни за какой донос не простят. Если и спустят две степени юридически, то все-таки Сибирь каждому, и, кроме того, не уйдете и от другого меча. А другой меч повострее правительственного.
Я убежден, что он очень страдал от
страху, особенно
в ночь накануне,
в ту ужасную ночь.
Варвара Петровна вдруг, гремя, вскочила со стула; раздался ее испуганный крик: «Воды, воды!» Он хоть и очнулся, но она всё еще дрожала от
страху и, бледная, смотрела на исказившееся его лицо: тут только
в первый раз догадалась она о размерах его болезни.
— Ничего я тут не умею хорошо рассказать, потому сама
в большом
страхе за них была и понять не могла, так как они такие умные люди…
Неточные совпадения
Я знаю: дам хотят заставить // Читать по-русски. Право,
страх! // Могу ли их себе представить // С «Благонамеренным»
в руках! // Я шлюсь на вас, мои поэты; // Не правда ль: милые предметы, // Которым, за свои грехи, // Писали втайне вы стихи, // Которым сердце посвящали, // Не все ли, русским языком // Владея слабо и с трудом, // Его так мило искажали, // И
в их устах язык чужой // Не обратился ли
в родной?
Кому не скучно лицемерить, // Различно повторять одно, // Стараться важно
в том уверить, //
В чем все уверены давно, // Всё те же слышать возраженья, // Уничтожать предрассужденья, // Которых не было и нет // У девочки
в тринадцать лет! // Кого не утомят угрозы, // Моленья, клятвы, мнимый
страх, // Записки на шести листах, // Обманы, сплетни, кольцы, слезы, // Надзоры теток, матерей, // И дружба тяжкая мужей!
Старушка очень полюбила // Совет разумный и благой; // Сочлась — и тут же положила //
В Москву отправиться зимой. // И Таня слышит новость эту. // На суд взыскательному свету // Представить ясные черты // Провинциальной простоты, // И запоздалые наряды, // И запоздалый склад речей; // Московских франтов и Цирцей // Привлечь насмешливые взгляды!.. // О
страх! нет, лучше и верней //
В глуши лесов остаться ей.
Она дрожала и бледнела. // Когда ж падучая звезда // По небу темному летела // И рассыпалася, — тогда //
В смятенье Таня торопилась, // Пока звезда еще катилась, // Желанье сердца ей шепнуть. // Когда случалось где-нибудь // Ей встретить черного монаха // Иль быстрый заяц меж полей // Перебегал дорогу ей, // Не зная, что начать со
страха, // Предчувствий горестных полна, // Ждала несчастья уж она.
«И полно, Таня!
В эти лета // Мы не слыхали про любовь; // А то бы согнала со света // Меня покойница свекровь». — // «Да как же ты венчалась, няня?» — // «Так, видно, Бог велел. Мой Ваня // Моложе был меня, мой свет, // А было мне тринадцать лет. // Недели две ходила сваха // К моей родне, и наконец // Благословил меня отец. // Я горько плакала со
страха, // Мне с плачем косу расплели // Да с пеньем
в церковь повели.