— Запнулся! — захохотал Ставрогин. — Нет, я вам скажу лучше присказку. Вы вот высчитываете по пальцам, из каких сил кружки составляются? Всё это чиновничество и сентиментальность — всё это клейстер хороший, но есть одна штука еще получше: подговорите четырех членов кружка укокошить пятого, под видом того, что тот донесет, и тотчас же вы их всех
пролитою кровью, как одним узлом, свяжете. Рабами вашими станут, не посмеют бунтовать и отчетов спрашивать. Ха-ха-ха!
Цветок в его глазах осуществлял собою все зло; он впитал в себя всю невинно
пролитую кровь (оттого он и был так красен), все слезы, всю желчь человечества.
Чувствую, или грехи моих родителей, или кровь, за меня безвинно
пролитая, запечатлели меня клеймом отчуждения от родины.
И клянусь: обвинением вашим вы только облегчите его, совесть его облегчите, он будет проклинать
пролитую им кровь, а не сожалеть о ней.