Она встречается с самим Беневоленским в проходной комнате, вроде буфета; вместе с нею — подруга ее Паша, которой она
перед этим только что бросила несколько слов о том, как он над ней, бывало, буйствовал, пьяный…
Неточные совпадения
То — он слишком рабски
передает действительность, то — неверен ей; то — он очень уж заботится о внешней отделке, то — небрежен в
этой отделке.
Олимпиада Самсоновна говорит ему: «Я у вас, тятенька, до двадцати лет жила, — свету не видала, что же, мне прикажете отдать вам деньги, а самой опять в ситцевых платьях ходить?» Большов не находит ничего лучшего сказать на
это, как только попрекнуть дочь и зятя невольным благодеянием, которое он им сделал,
передавши в их руки свое имение.
Но автор комедии вводит нас в самый домашний быт
этих людей, раскрывает
перед нами их душу,
передает их логику, их взгляд на вещи, и мы невольно убеждаемся, что тут нет ни злодеев, ни извергов, а всё люди очень обыкновенные, как все люди, и что преступления, поразившие нас, суть вовсе не следствия исключительных натур, по своей сущности наклонных к злодейству, а просто неизбежные результаты тех обстоятельств, посреди которых начинается и проходит жизнь людей, обвиняемых нами.
Он видит
перед собой своего хозяина-самодура, который ничего не делает, пьет, ест и прохлаждается в свое удовольствие, ни от кого ругательств не слышит, а, напротив, сам всех ругает невозбранно, — и в
этом гаденьком лице он видит идеал счастия и высоты, достижимых для человека.
Чувство художника, возмущаясь таким порядком вещей, преследует его в самых разнообразных видоизменениях и
передает на позор того самого общества, которое живет в
этом порядке.
С кем ты говоришь, вспомни!..» Митя становится
перед ним на колени, но
это смирение не обезоруживает Гордея Карпыча: он продолжает ругаться.
Он — повелитель своей жены и самодурствует над нею, сколько душе угодно, даже и в то время, как сам
перед нею виноват и знает
это.
Мы приводим
этот разговор, потому что в нем, кроме подтверждения нашей мысли, находим один из примеров того мастерства, с каким Островский умеет
передавать неуловимейшие черты пошлости и тупоумия, повсюду разлитых в
этом «темном царстве» и служащих, вместе с самодурством, главным основанием его быта.
Как видите,
это уж такое ничтожество, что
перед мужем или кем бы то ни было посильнее она, вероятно, и пикнуть не смела.
Да и не
этому ли отвержению, — не отчуждению ли от мрака самодурных дел, кишащих в нашей среде общественной, надо приписать и то, что она так отрадно сияет
перед нами благородством и ясностью своего сердца?..
Молча указывали они на вытянутые в струну дома свои, на разбитые
перед этими домами палисадники, на форменные казакины, в которые однообразно были обмундированы все жители до одного, — и трепетные губы их шептали:"Сатана!"
― Ну, так поезжайте сейчас, ― сказала ему Львова, которой он
передал это, ― может быть, вас не примут, а потом заезжайте за мной в заседание. Вы застанете еще.
Я знал, что pas de Basques неуместны, неприличны и даже могут совершенно осрамить меня; но знакомые звуки мазурки, действуя на мой слух, сообщили известное направление акустическим нервам, которые в свою очередь
передали это движение ногам; и эти последние, совершенно невольно и к удивлению всех зрителей, стали выделывать фатальные круглые и плавные па на цыпочках.
— Благодарю, — сказал Грэй, вздохнув, как развязанный. — Мне именно недоставало звуков вашего простого, умного голоса. Это как холодная вода. Пантен, сообщите людям, что сегодня мы поднимаем якорь и переходим в устья Лилианы, миль десять отсюда. Ее течение перебито сплошными мелями. Проникнуть в устье можно лишь с моря. Придите за картой. Лоцмана не брать. Пока все… Да, выгодный фрахт мне нужен как прошлогодний снег. Можете
передать это маклеру. Я отправляюсь в город, где пробуду до вечера.
Неточные совпадения
Г-жа Простакова. Без наук люди живут и жили. Покойник батюшка воеводою был пятнадцать лет, а с тем и скончаться изволил, что не умел грамоте, а умел достаточек нажить и сохранить. Челобитчиков принимал всегда, бывало, сидя на железном сундуке. После всякого сундук отворит и что-нибудь положит. То-то эконом был! Жизни не жалел, чтоб из сундука ничего не вынуть.
Перед другим не похвалюсь, от вас не потаю: покойник-свет, лежа на сундуке с деньгами, умер, так сказать, с голоду. А! каково
это?
"Было чего испугаться глуповцам, — говорит по
этому случаю летописец, — стоит
перед ними человек роста невеликого, из себя не дородный, слов не говорит, а только криком кричит".
Наконец он не выдержал. В одну темную ночь, когда не только будочники, но и собаки спали, он вышел, крадучись, на улицу и во множестве разбросал листочки, на которых был написан первый, сочиненный им для Глупова, закон. И хотя он понимал, что
этот путь распубликования законов весьма предосудителен, но долго сдерживаемая страсть к законодательству так громко вопияла об удовлетворении, что
перед голосом ее умолкли даже доводы благоразумия.
И, сказав
это, вывел Домашку к толпе. Увидели глуповцы разбитную стрельчиху и животами охнули. Стояла она
перед ними, та же немытая, нечесаная, как прежде была; стояла, и хмельная улыбка бродила по лицу ее. И стала им
эта Домашка так люба, так люба, что и сказать невозможно.
Этого мало: в первый же праздничный день он собрал генеральную сходку глуповцев и
перед нею формальным образом подтвердил свои взгляды на администрацию.