А еще один московский критик разве не строил таких заключений: драма должна представлять нам героя, проникнутого
высокими идеями; героиня «Грозы», напротив, вся проникнута мистицизмом, следовательно, не годится для драмы, ибо не может возбуждать нашего сочувствия; следовательно, «Гроза» имеет только значение сатиры, да и то не важной, и пр. и пр…
Неточные совпадения
Он почувствовал, что не отвлеченные верования, а жизненные факты управляют человеком, что не образ мыслей, не принципы, а натура нужна для образования и проявления крепкого характера, и он умел создать такое лицо, которое служит представителем великой народной
идеи, не нося великих
идей ни на языке, ни в голове, самоотверженно идет до конца в неровной борьбе и гибнет, вовсе не обрекая себя на
высокое самоотвержение.
Высокие ораторы правды, претендующие на «отречение от себя для великой
идеи», весьма часто оканчивают тем, что отступаются от своего служения, говоря, что борьба со злом еще слишком безнадежна, что она повела бы только к напрасной гибели, и пр.
Ясно, что как бы ни был велик их азарт в пользу
идеи, он всегда будет гораздо слабее и ниже того простого, инстинктивного, неотразимого влечения, которое управляет поступками личностей вроде Катерины, даже и не думающих ни о каких
высоких «
идеях».
У Достоевского была очень
высокая идея о человеке, он предстательствовал за человека, за человеческую личность, он перед Богом будет защищать человека.
— Я обязан неверие заявить, — шагал по комнате Кириллов. — Для меня нет
выше идеи, что бога нет. За меня человеческая история. Человек только и делал, что выдумывал бога, чтобы жить, не убивая себя; в этом вся всемирная история до сих пор. Я один во всемирной истории не захотел первый раз выдумывать бога. Пусть узнают раз навсегда.
Неточные совпадения
— Социализм, по его
идее, древняя, варварская форма угнетения личности. — Он кричал, подвывая на
высоких нотах, взбрасывал голову, прямые пряди черных волос обнажали на секунду угловатый лоб, затем падали на уши, на щеки, лицо становилось узеньким, трепетали губы, дрожал подбородок, но все-таки Самгин видел в этой маленькой тощей фигурке нечто игрушечное и комическое.
Выкуривая папиросу за папиросой, он лежал долго, мысленно плутая в пестроте пережитого, и уже вспыхнули вечерние огни, когда пред ним с небывалой остротою встал вопрос: как вырваться из непрерывного потока пошлости, цинизма и из непрерывно кипящей хитрой болтовни, которая не щадит никаких
идей и «
высоких слов», превращая все их в едкую пыль, отравляющую мозг?
Самгин слушал его невнимательно, думая: конечно, хорошо бы увидеть Бердникова на скамье подсудимых в качестве подстрекателя к убийству! Думал о гостях, как легко подчиняются они толчкам жизни, влиянию фактов,
идей. Насколько он
выше и независимее, чем они и вообще — люди, воспринимающие
идеи, факты ненормально, болезненно.
Но в том-то именно и заключалась доброкачественность наших предков, что как ни потрясло их описанное
выше зрелище, они не увлеклись ни модными в то время революционными
идеями, ни соблазнами, представляемыми анархией, но остались верными начальстволюбию и только слегка позволили себе пособолезновать и попенять на своего более чем странного градоначальника.
Революции обнаруживают и высоту человеческой природы, страстное увлечение
идеей лучшего строя жизни, способность к жертвенности, забвение эгоистических интересов, — и жестокость, неблагодарность, истребление
высоких духовных ценностей.