Неточные совпадения
Приведем себе на память Никона, крестьянского сына из бедной деревушки Нижегородской губернии, сделавшегося потом патриархом и
одним из образованнейших людей своего
времени.
Вот, напр.,
одна из лучших песен Дельвига, имевшая большой успех еще в недавнее
время...
В Воронеже была в то
время всего только
одна книжная лавка, и мальчик Кольцов, столь ревностно покупавший и читавший книги, не мог не быть замечен купцом.
Выбравши
время, когда мог быть
один, не опасаясь помехи, Кольцов сел за дело.
Около этого
времени он сошелся с
одним молодым человеком, к которому до самой его смерти сохранил самые лучшие дружеские отношения.
С этого же
времени начинается и литературная известность Кольцова. В 1831 г. два или три стихотворения его были напечатаны в
одном из тогдашних московских журналов. Кольцов, до сих пор все еще чрезвычайно мало доверявший себе, увидел в этом как бы ручательство за то, что стихи его могут быть годны, и был от всего сердца рад, что успел попасть в печать. Возвратившись в Воронеж, он уже теперь с большею уверенностью в своих силах стал продолжать свои поэтические труды.
Одним из важных последствий литературных знакомств Кольцова было, между прочим, обогащение его библиотеки новыми книгами. Почти каждый из писателей, с которым он знакомился, спешил подарить ему свои сочинения и издания. Это было очень приятно для Кольцова, у которого страсть к чтению с течением
времени не только не проходила, но все более и более возрастала.
Вот что писал он в это
время о своих занятиях: «Батенька два месяца в Москве, продает быков; дома я
один, дел много.
Вообще же
время 1836–1838 гг. было тревожно для Кольцова. Он чаще прежнего задумывался над вопросами, которых не мог решить, и сильнее прежнего чувствовал неудобства своего положения, из которого, однако, не мог выйти. Душевная борьба его выразилась в это
время во многих думах, в которых почти всегда находятся глубокие вопросы с очень слабыми и недостаточными ответами. Между прочим, в
одной думе поэт старается оправдать и объяснить самые свои сомнения и вопросы...
Одно из самых отрадных предположений Кольцова в это
время состояло в том, чтобы, по приведении в порядок дел по степи и по окончании постройки дома, сдать всю эту мелкую торговлю на руки отцу, а самому открыть в своем доме книжную лавку.
Действительно, на несколько
времени ему стало лучше, и он даже получил на
время хорошее, спокойное расположение духа, сблизившись с
одним существом, прекрасным и образованным, в котором думал найти свое счастие.
Грустно читать
одно из последних его писем, в котором он описывает свое положение в это
время: «Все начало ходить и бегать через мою комнату; полы моют то и дело, а сырость для меня убийственна.
Каким образом об этих сношениях было узнано — это известно одному богу; но кажется, что сам Наполеон разболтал о том князю Куракину во
время одного из своих petits levе́s. [Интимных утренних приемов (франц.).] И вот в одно прекрасное утро Глупов был изумлен, узнав, что им управляет не градоначальник, а изменник, и что из губернии едет особенная комиссия ревизовать его измену.
В это
время один офицер, сидевший в углу комнаты, встал и, медленно подойдя к столу, окинул всех спокойным и торжественным взглядом. Он был родом серб, как видно было из его имени.
— Раз нам не везет, надо искать. Я, может быть, снова поступлю служить — на «Фицроя» или «Палермо». Конечно, они правы, — задумчиво продолжал он, думая об игрушках. — Теперь дети не играют, а учатся. Они все учатся, учатся и никогда не начнут жить. Все это так, а жаль, право, жаль. Сумеешь ли ты прожить без меня
время одного рейса? Немыслимо оставить тебя одну.
Дай же, я думаю, хоть и упущу на
время одно, зато другое схвачу за хвост, — своего-то, своего-то по крайности не упущу.
Неточные совпадения
Оба подходят в
одно время и сталкиваются лбами.
Один ответ до
времени: // «А ты леску продай!» // И вахлаки надумали // Свои луга поемные // Сдать старосте — на подати:
Стародум. В
одном. Отец мой непрестанно мне твердил
одно и то же: имей сердце, имей душу, и будешь человек во всякое
время. На все прочее мода: на умы мода, на знания мода, как на пряжки, на пуговицы.
"Была в то
время, — так начинает он свое повествование, — в
одном из городских храмов картина, изображавшая мучения грешников в присутствии врага рода человеческого.
Некоторое
время Угрюм-Бурчеев безмолвствовал. С каким-то странным любопытством следил он, как волна плывет за волною, сперва
одна, потом другая, и еще, и еще… И все это куда-то стремится и где-то, должно быть, исчезает…