Четыре матроса «Нырка» были пожилые люди хозяйственного и тихого поведения; в свободное
время один из них крошил листовой табак или пришивал к куртке отпоровшийся воротник; другой писал письмо, третий устраивал в широкой бутылке пейзаж из песка и стружек, действуя, как японец, тончайшими палочками.
— Вы приехали повеселиться, посмотреть, как тут гуляют? — сказала хозяйка, причем ее сморщенное лицо извинялось за беспокойство и шум города. — Мы теперь не выходим, нет. Теперь все не так. И карнавал плох. В мое
время один Бреденер запрягал двенадцать лошадей. Карльсон выпустил «Океанию»: замечательный павильон на колесах, и я была там главной Венерой. У Лакотта в саду фонтан бил вином… О, как мы танцевали!
Неточные совпадения
Это была уже непростительная резкость, и в другое
время я, вероятно, успокоил бы его
одним внимательным взглядом, но почему-то я был уверен, что, минуя все, мне предстоит в скором
времени плыть с Гезом на его корабле «Бегущая по волнам», а потому решил не давать более повода для обиды. Я приподнял шляпу и покачал головой.
Запутавшись в крике, оба стали ссылаться на
одних и тех же лиц, так как выяснилось, что хулитель и защитник знают многих из тех, кто служил у Геза в разное
время.
Я позавтракал и уложил вещи, устав от мыслей, за которые ни
один дельный человек не дал бы ломаного гроша; затем велел вынести багаж и приехал к кораблю в то
время, когда Гез сходил на набережную.
— Играйте, — сказала Дэзи, упирая в стол белые локти с ямочками и положив меж ладоней лицо, — а я буду смотреть. — Так просидела она, затаив дыхание или разражаясь смехом при проигрыше
одного из нас, все
время. Как прикованный, сидел Проктор, забывая о своей трубке; лишь по его нервному дыханию можно было судить, что старая игрецкая жила ходит в нем подобно тугой лесе. Наконец он ушел, так как били его вахтенные часы.
Проктор, однако, обращался ко мне с усиленным радушием, и если он знал что-нибудь от Дэзи, то ему был, верно, приятен ее поступок; он на что-то хотел намекнуть, сказав: «Человек предполагает, а Дэзи располагает!» Так как в это
время люди ели, а девушка убирала и подавала, то
один матрос заметил...
В то же
время стала явственно слышна музыка; дневной гул толпы, доносившийся с набережной, иногда заглушал ее, оставляя
один лишь стук барабана, а потом отпуская снова, и она отчетливо раздавалась по воде — то, что называется: «играет в ушах».
Одно время казалось — история остановилась у точки.
Затем, хотя ему было запрещено пользоваться судном для своих целей, Гез открыто заявил право собственности и отвел «Бегущую» в другой порт. Обстоятельства дела не позволяли обратиться к суду. В то
время Сениэль надеялся, что получит значительную сумму по ликвидации
одного чужого предприятия, бывшего с ним в деловых отношениях, но получение денег задержалось, и он не мог купить у Геза свой собственный корабль, как хотел. Он думал, что Гез желает денег.
К тому
времени чувства мои были уже оглушены и захвачены так сильно, что даже объявление ареста явилось развитием
одной и той же неприятности; но неожиданное признание Бутлера хватило по оцепеневшим нервам, как новое преступление, совершенное на глазах всех.
Это ведь для тебя!» В то
время возникло у меня
одно очень ясное представление.
В
один из своих приездов в Леге я остановился перед лавкой, на окне которой была выставлена модель парусного судна — большое, правильно оснащенное изделие, изображавшее каравеллу [Каравелла — в Средние века — трех — или четырех мачтовое судно со сложной системой парусов.]
времен Васко да Гама.
— Я ожидаю хозяев, — ответил Товаль очень удачно, в то
время как Дэзи, поправляя под подбородком ленту дорожной шляпы, осматривалась, стоя в небольшой гостиной. Ее быстрые глаза подметили все: ковер, лакированный резной дуб, камин и тщательно подобранные картины в ореховых и малахитовых рамах. Среди них была картина Гуэро, изображающая двух собак:
одна лежит спокойно, уткнув морду в лапы, смотря человеческими глазами; другая, встав, вся устремлена на невидимое явление.
Каким образом об этих сношениях было узнано — это известно одному богу; но кажется, что сам Наполеон разболтал о том князю Куракину во
время одного из своих petits levе́s. [Интимных утренних приемов (франц.).] И вот в одно прекрасное утро Глупов был изумлен, узнав, что им управляет не градоначальник, а изменник, и что из губернии едет особенная комиссия ревизовать его измену.
— Раз нам не везет, надо искать. Я, может быть, снова поступлю служить — на «Фицроя» или «Палермо». Конечно, они правы, — задумчиво продолжал он, думая об игрушках. — Теперь дети не играют, а учатся. Они все учатся, учатся и никогда не начнут жить. Все это так, а жаль, право, жаль. Сумеешь ли ты прожить без меня
время одного рейса? Немыслимо оставить тебя одну.
Неточные совпадения
Оба подходят в
одно время и сталкиваются лбами.
Один ответ до
времени: // «А ты леску продай!» // И вахлаки надумали // Свои луга поемные // Сдать старосте — на подати:
Стародум. В
одном. Отец мой непрестанно мне твердил
одно и то же: имей сердце, имей душу, и будешь человек во всякое
время. На все прочее мода: на умы мода, на знания мода, как на пряжки, на пуговицы.
"Была в то
время, — так начинает он свое повествование, — в
одном из городских храмов картина, изображавшая мучения грешников в присутствии врага рода человеческого.
Некоторое
время Угрюм-Бурчеев безмолвствовал. С каким-то странным любопытством следил он, как волна плывет за волною, сперва
одна, потом другая, и еще, и еще… И все это куда-то стремится и где-то, должно быть, исчезает…