Тяжело вылез из приямка, остановился, почесывая бок, долго смотрел в окно. За стеклами мелькало, стоная, белое. На стене тихо шипел и потрескивал желтый
огонек лампы, закопченное стекло почти совсем прятало его.
Неточные совпадения
Хозяин стоял неподвижно, точно он врос в гнилой, щелявый пол. Руки он сложил на животе, голову склонил немножко набок и словно прислушивался к непонятным ему крикам. Все шумнее накатывалась на него темная, едва освещенная желтым
огоньком стенной
лампы толпа людей, в полосе света иногда мелькала — точно оторванная — голова с оскаленными зубами, все кричали, жаловались, и выше всех поднимался голос варщика Никиты...
Неточные совпадения
Комната наполнилась шумом отодвигаемых стульев, в углу вспыхнул
огонек спички, осветив кисть руки с длинными пальцами, испуганной курицей заклохтала какая-то барышня, — Самгину было приятно смятение, вызванное его словами. Когда он не спеша, готовясь рассказать страшное, обошел сад и двор, — из флигеля шумно выбегали ученики Спивак; она, стоя у стола, звенела абажуром, зажигая
лампу, за столом сидел старик Радеев, барабаня пальцами, покачивая головой.
Он сел или, лучше сказать, растянулся на изящной кушетке, против камина, в котором искрился блестящий
огонек, примешивавший свой свет к
лампе, и это двойное освещение распространялось отчасти и на самые отдаленные предметы.
Они уже были в маленькой комнате с серыми дощатыми стенами; тут, кроме небольшого столика с зеркалом, табурета и тряпья, развешанного по углам, не было никакой другой мебели, и, вместо
лампы или свечи, горел яркий веерообразный
огонек, приделанный к трубочке, вбитой в стену.
Ночь была темная, и только освещали улицу
огоньки, светившиеся кое-где в окнах. Фабрика темнела черным остовом, а высокая железная труба походила на корабельную мачту. Издали еще волчьим глазом глянул Ермошкин кабак: у его двери горела
лампа с зеркальным рефлектором. Темные фигуры входили и выходили, а в открывшуюся дверь вырывалась смешанная струя пьяного галденья.
А если и видишь где-нибудь в окне
огонек, то, наверное, там, при трепетном свете керосиновой
лампы, какой-нибудь современный Пимен строчит и декламирует: