Утром его встретил в трактире Петруха, на поклон Ильи чуть кивнул ему головой и при этом посмотрел на него как-то особенно пристально. Терентий тоже
присматривался к нему и вздыхал, не говоря ни слова. Яков, позвав его в конурку к Маше, там испуганно сказал...
Неточные совпадения
Илья прислонил лицо
к щели в переборке, замер,
присмотрелся и увидал, что старик лежит на своей постели вверх грудью, размахивая руками.
Эта мысль позволяла ему относиться
к Перфишке как
к блаженненькому, но в то же время он всегда с интересом и недоверием
присматривался к беспечному человеку и чувствовал, что сапожник по душе своей лучше всех людей в этом доме, — хотя он пьяница никчемный…
— Ты мне скажи какие-нибудь! — попросил Илья. Чем больше он
присматривался к Павлу, тем сильнее росло его любопытство, и понемножку
к любопытству этому примешивалось хорошее, тёплое и грустное чувство.
— Н-ну, брат, это не очень смешно! — медленно и негромко заговорил он,
присматриваясь к Павлу. — Это хорошо… Меня за сердце взяло… право! Ну-ка, скажи ещё раз…
Стал угрюмее, сосредоточенней, но так же, как раньше, с утра до вечера ходил по городу с товаром, сидел в трактирах,
присматривался к людям, чутко слушал их речи.
Чем более
присматривался Илья
к благополучной жизни своих хозяев, тем более нравились они ему. Всё у них было чисто, крепко, всё делалось спокойно, и они, видимо, любили друг друга. Маленькая, бойкая женщина была похожа на весёлую синицу, её муж — на неповоротливого снегиря, в квартире уютно, как в птичьем гнезде. По вечерам, сидя у себя, Лунёв прислушивался
к разговору хозяев и думал...
Присмотревшись к жизни Лунёва, он взял на себя обязанности Гаврика — ставил самовары, убирал магазин и комнату, ходил в трактир за обедом и всегда мурлыкал себе под нос акафисты.
— Если сошёл с ума, нужно позвать полицию, — внушительно сказала Фелицата,
присматриваясь к лицу Лунёва.
— Я чтоб видеть вас пришла, — произнесла она,
присматриваясь к нему с робкою осторожностью. Оба с полминуты молчали. Версилов опустился опять на стул и кротким, но проникнутым, почти дрожавшим голосом начал:
Когда все было схоронено, когда даже шум, долею вызванный мною, долею сам накликавшийся, улегся около меня и люди разошлись по домам, я приподнял голову и посмотрел вокруг: живого, родного не было ничего, кроме детей. Побродивши между посторонних, еще
присмотревшись к ним, я перестал в них искать своих и отучился — не от людей, а от близости с ними.
И вдруг, согнувшись, над лопатой, он замолчал, замер; я
присмотрелся к нему — из его маленьких, умных, как у собаки, глаз часто падали на землю мелкие слезы.
Неточные совпадения
Левин внимательнее
присмотрелся к Ваньке Парменову и его жене.
Пока он рассказывал, Самгин
присмотрелся и увидал, что по деревне двигается на околицу
к запасному магазину густая толпа мужиков, баб, детей, — двигается не очень шумно, а с каким-то урчащим гулом; впереди шагал небольшой, широкоплечий мужик с толстым пучком веревки на плече.
Но, хотя речи были неинтересны, люди все сильнее раздражали любопытство. Чего они хотят?
Присматриваясь к Стратонову, Клим видел в нем что-то воинствующее и, пожалуй, не удивился бы, если б Стратонов крикнул на суетливого, нервозного рыженького:
Он справился о температуре, о докторе, сказал несколько обычных в таких случаях — утешающих слов,
присмотрелся к лицу Варвары и решил:
— Место — неуютное. Тоскливо. Смотришь вокруг, — говорил Дмитрий, — и возмущаешься идиотизмом власти, их дурацкими приемами гасить жизнь. Ну, а затем,
присмотришься к этой пустынной земле, и как будто почувствуешь ее жажду человека, — право! И вроде как бы ветер шепчет тебе: «Ага, явился? Ну-ко, начинай…»