Неточные совпадения
Коренастый,
в розовой ситцевой рубахе, он ходил,
засунув руки в карманы широких суконных штанов, заправленных
в блестящие сапоги с мелким набором.
В карманах у него всегда побрякивали деньги. Его круглая голова уже начинала лысеть со лба, но на ней ещё много было кудрявых русых волос, и он молодецки встряхивал ими. Илья не любил его и раньше, но теперь это чувство возросло у мальчика. Он знал, что Петруха не любит деда Еремея, и слышал, как буфетчик однажды учил дядю Терентия...
Пашка стоял рядом с ним,
засунув одну
руку в карман драных штанов, а другую всё пытался выдернуть из
руки сапожника, искоса, угрюмо поглядывая на него. Кто-то посоветовал сапожнику выпороть Пашку, но Перфишка серьёзно возразил...
Через несколько дней после этого Илья встретил Пашку Грачёва. Был вечер;
в воздухе лениво кружились мелкие снежинки, сверкая
в огнях фонарей. Несмотря на холод, Павел был одет только
в бумазейную рубаху, без пояса. Шёл он медленно, опустив голову на грудь,
засунув руки в карманы, согнувши спину, точно искал чего-то на своей дороге. Когда Илья поравнялся с ним и окликнул его, он поднял голову, взглянул
в лицо Ильи и равнодушно молвил...
Прислонясь спиной к стволу клёна, Лунёв смотрел на могилу убитого им человека. Он прижал свою фуражку затылком к дереву, и она поднялась у него со лба. Брови его нахмурились, верхняя губа вздрагивала, обнажая зубы.
Руки он
засунул в карманы пиджака, а ногами упёрся
в землю.
Мардохай размахивал руками, слушал, перебивал речь, часто плевал на сторону и, подымая фалды полукафтанья,
засовывал в карман руку и вынимал какие-то побрякушки, причем показывал прескверные свои панталоны.
Загорелый, шишковатый лоб Реджа покрылся испариной. Он перевел дух и отошел в сторону, а на его место стал повар. Манеры Сэта явно показывали глубокое презрение к роли, в которой ему приходилось выступить: он демонстративно покачивался и ежеминутно
засовывал в карманы руки, снова извлекая их, когда требовалось сделать какой-нибудь небрежно-шикарный жест.
Неточные совпадения
Войдя
в тенистые сени, он снял со стены повешенную на колышке свою сетку и, надев ее и
засунув руки в карманы, вышел на огороженный пчельник,
в котором правильными рядами, привязанные к кольям лычками, стояли среди выкошенного места все знакомые ему, каждый с своей историей, старые ульи, а по стенкам плетня молодые, посаженные
в нынешнем году.
Дело устроено было вот как: как только приходил проситель и
засовывал руку в карман, с тем чтобы вытащить оттуда известные рекомендательные письма за подписью князя Хованского, как выражаются у нас на Руси: «Нет, нет, — говорил он с улыбкой, удерживая его
руки, — вы думаете, что я… нет, нет.
Амалия Ивановна не снесла и тотчас же заявила, что ее «фатер аус Берлин буль ошень, ошень важны шеловек и обе
рук по
карман ходиль и всё делал этак: пуф! пуф!», и чтобы действительнее представить своего фатера, Амалия Ивановна привскочила со стула,
засунула свои обе
руки в карманы, надула щеки и стала издавать какие-то неопределенные звуки ртом, похожие на пуф-пуф, при громком хохоте всех жильцов, которые нарочно поощряли Амалию Ивановну своим одобрением, предчувствуя схватку.
Оглядевшись еще раз, он уже
засунул и
руку в карман, как вдруг у самой наружной стены, между воротами и желобом, где все расстояние было шириною
в аршин, заметил он большой неотесанный камень, примерно, может быть, пуда
в полтора весу, прилегавший прямо к каменной уличной стене.
Он бросился стремглав на топор (это был топор) и вытащил его из-под лавки, где он лежал между двумя поленами; тут же, не выходя, прикрепил его к петле, обе
руки засунул в карманы и вышел из дворницкой; никто не заметил!