Они играют с полчаса в карты, оба серьезны. Изредка произносят вполголоса: «крали, бордадым, мирю да под тебя, замирил, фоска, захаживай, крести, вини, буби…» Разбухшие
темные карты падают на стол, как блины.
Неточные совпадения
Чичиков кинул вскользь два взгляда: комната была обвешана старенькими полосатыми обоями; картины с какими-то птицами; между окон старинные маленькие зеркала с
темными рамками в виде свернувшихся листьев; за всяким зеркалом заложены были или письмо, или старая колода
карт, или чулок; стенные часы с нарисованными цветами на циферблате… невмочь было ничего более заметить.
Дорогой Мосей объяснял Артему, по каким местам они шли, какие где речки выпали, какие ключики, лога, кедровники. Дремучий глухой лес для Мосея представлял лучшую географическую
карту. Другим, пожалуй, и жутко, когда тропа уводила в
темный ельник, в котором глухо и тихо, как в могиле, а Мосей счастлив. Настоящий лесовик был… Солдата больше всего интересовали рассказы Мосея про скиты, которые в прежние времена были здесь, — они и шли по старой скитской дороге.
Никон, бросив
карты, вскочил на ноги. Пьянея со зла и уже ничего не видя, кроме
тёмных и красных пятен, Кожемякин крикнул:
Она казалась ему то легкомысленной и доброй, то — хитрой, прикрывающей за своим весельем какие-то
тёмные мысли: иногда её круглые глаза, останавливаясь на
картах, разгорались жадно, и лицо бледнело, вытягиваясь, иногда же она метала в сторону Марфы сухой, острый луч, и ноздри её красивого носа, раздуваясь, трепетали.
— Много я путался с ними! — говорил он, подозрительно оглядывая
тёмные углы комнаты. — Беспокойно это, а — лучше нет ничего. Иные говорят —
карты лучше, а тоже без женщин не могут жить. И охота не сохраняет от женщин, — ничто не сохраняет от них!