Сложив свои огромные руки на груди, опустив голову и беспрестанно тяжело вздыхая, Гриша молча
стоял перед иконами, потом с трудом опустился на колени и стал молиться.
На другой день начались Дунины сборы. Не осушая глаз, больше всех хлопотала угрюмая Дарья Сергевна, а ночью по целым часам
стояла перед иконами и клала поклоны за поклонами, горячо молясь, сохранил бы Господь рабу свою, девицу Евдокию, ото всяких козней и наветов вражиих.
Ни о чем не думая, ни о чем не помышляя, сам после не помнил, как сошел Василий Борисыч с игуменьина крыльца. Тихонько, чуть слышно, останавливаясь на каждом шагу, прошел он к часовне и сел на широких ступенях паперти. Все уже спало в обители, лишь в работницкой избе на конном дворе светился огонек да в келейных стаях там и сям мерцали лампадки. То обительские трудники, убрав коней и задав им корму, сидели за ужином, да благочестивые матери,
стоя перед иконами, справляли келейное правило.
Неточные совпадения
Затем в палатках богатых ревнителей древлего благочестия и в лавках, где ведется торговля
иконами, старыми книгами и лестовками, сходятся собравшиеся с разных концов России старообрядцы,
передают друг другу свои новости, личные невзгоды, общие опасенья и под конец вступают в нескончаемые, ни к чему, однако, никогда не ведущие споры о догматах веры, вроде того: с какой лестовкой надо
стоять на молитве — с кожаной али с холщовой.
Только половина светлицы была видна ему. На месте Настиной кровати
стоит крытый белой скатертью стол, а на нем в золотых окладах
иконы с зажженными
перед ними свечами и лампадами. На окне любимые цветочки Настины, возле пяльцы с неконченной работой… О! у этих самых пялец, на этом самом месте
стоял он когда-то робкий и несмелый, а она, закрыв глаза передником, плакала сладкими слезами первой любви… На этом самом месте впервые она поцеловала его. Тоскливо заныло сердце у Алексея.
«Отрезанный ломоть!» — всплыло на ум Абрамовне. И,
постояв малое время
перед иконами, стала она класть поклон за поклоном о здравии и спасении раба Божия Алексея.
Стоит мать Манефа в моленной
перед иконами, плачет горькими, жгучими слезами. Хочет читать, ничего не видит, хочет молиться, молитва на ум нейдет… Мир суетный, греховный мир опять заговорил свое в душевные уши Манефы…
Две кровати
стояли по стенам, в углу висела большая в золотой ризе
икона Божьей Матери, и
перед ней горела розовая лампадка.